газета «Центр Азии»

Суббота, 27 мая 2017 г.

 

архив | о газете | награды редакции | подписка | письмо в редакцию

RSS-потокна главную страницу > 2016 >ЦА №17 >Александра Монгуш. Голоса моей памяти

«Союз журналистов Тувы» - региональное отделение Общероссийской общественной организации «Союз журналистов России»

Самые популярные материалы

Ссылки

электронный журнал "Новые исследования Тувы"

Александра Монгуш. Голоса моей памяти

Люди Центра Азии ЦА №17 (27 мая — 9 июня 2016)


Александра Монгуш. Голоса моей памятиВ списке членов Союза журналистов Тувы, регионального отделения Союза журналистов России, фамилия Монгуш встречается шесть раз, и это закономерно: она – одна из самых распространенных в республике.

Но двое из этого списка – не однофамильцы, а мать и дочь. Саяна Адар-ооловна Монгуш вступила в профессиональный союз в двухтысячном, а ее мама – Александра Санчаевна Монгуш – в 1978 году.

Трудовой стаж ветерана СМИ, Заслуженного работника Республики Тыва и почетного радиста России – 42 года: десять – в редакции газеты «Тыванын аныяктары» – «Молодежь Тувы», затем тридцать два – на тувинском радио. Неизменный спутник радиожурналистки профессиональный пленочный магнитофон «Репортер» сохранил голоса ушедшего времени, они, записанные Александрой Санчаевной, составляют сегодня часть впечатляющего архива гостелерадиокомпании «Тыва».

«Голоса моей памяти» – так и назвала Александра Монгуш свой мемуарный очерк, подготовленный при помощи дочки-коллеги специально для газеты «Центр Азии» и проекта воспоминаний ветеранов Союза журналистов Тувы.


Бритая девочка по имени Декабрь


Александра Монгуш. Голоса моей памятиДекабрь – так меня звали до семи лет в честь месяца, в котором родилась. Родители произносили мое имя через «ы» – Дыкабрь. Когда пошла в школу, получила другое имя: Шура – Александра. Оно и пошло в метрику.

А вот дата, месяц и год в документе были указаны неверно: вместо 29 декабря 1940 года – 28 ноября тридцать восьмого. Но при получении паспорта я ничего не исправляла, только всегда справляла день рождения с родными и коллегами, как нужно – 29 декабря.

Появилась на свет в Кызыле. В детстве была очень шустрой, озорной, похожей на мальчика. Даже прическа под ноль: отец брил мою голову острым ножом.

Лазила по крышам и деревьям, дралась с мальчишками. Один раз летом упала с крыши нашего двухэтажного деревянного дома в районе кожзавода. Он и сейчас стоит на прежнем месте, там даже живут люди, хотя дом полностью обветшал.

С крыши летела вниз головой и грохнулась так, что увидевшие мое падение взрослые очень испугались. Они привели меня в нашу комнатушку на втором этаже. Мамы и отца дома не было: они уходили на работу очень рано, возвращались поздно. Чтобы родители меня не ругали, ничего им не сказала. Они даже ничего не заметили.

Наутро у меня сильно распухла голова, так больно – притронуться невозможно. Чтобы как-то успокоить боль, нацепила зимнюю шапку и в ней, несмотря на жару, ходила несколько дней. Опухоль, а затем и боль прошли сами собой.

Смутно, но помню большое наводнение в Кызыле весной 1945 года. Вокруг нашего дома вдруг зашумел бурный Енисей. На лодках приплыли солдаты, и мы понеслись с ними, преодолевая сильное течение.

Высадили нас на горке рядом с городским кладбищем, тогда никаких зданий там не было. Дети и взрослые разместились прямо на камнях. Солдаты кормили нас вкусной кашей из большого котла, раздавали хлеб. Нам, ребятишкам, всё это очень нравилось. С любопытством смотрели, как внизу на снесенных потоком крышах с лаем, хрюканьем, кудахтаньем плыли собаки, свиньи, куры. Ночевали под открытым небом. А когда вода спала, вернулись назад.


Целительский дар бабушки-шаманки


Александра Монгуш. Голоса моей памятиМоя мама Эникей Ондагаровна Ховалыг работала на кожевенном заводе, там выделывали овечьи шкуры, шили полушубки, делали валенки. Мама мыла шерсть в большом барабане. Русские подруги звали ее Лизой. Она хорошо говорила по-русски, была очень общительной, открытой, умела найти общий язык с каждым.

Отец Санчы Ховалыг был плотником. Когда мне было лет шесть, наша семья уехала из Кызыла в село Суг-Бажы, там папа строил дома. Затем мы переехали в село Теве-Хая, где он работал на сельскохозяйственной опытной станции – строителем и заведующим складом. Мама с другими женщинами выращивала овощи. Хорошо помню, какие там росли вкусные помидоры, огурцы и арбузы – большие, сладкие.

Потом родители вернулись в Кызыл, а меня оставили в Сут-Хольском районе – в юрте старшего брата отца Куртукбая. Куртукбая и его жену я очень любила и называла кырган-ача и кырган-ава – дедушка и бабушка. Дети Куртукбая – два сына и две дочери – были уже взрослыми. И хотя была самая маленькая в этой семье, наравне со всеми пасла овечек.

Добрая и ласковая кырган-ава была известной шаманкой, ее часто приглашали в другие аалы – так называли кочевые тувинские поселения, объединяющие несколько юрт близких родственников. С нетерпением ждала ее возвращения домой, зная, что бабушка привезет вкусные гостинцы: быштак – сыр, курут – сушеный творог, сметану. Ими люди благодарили шаманку за помощь.

Однажды на себе испытала ее целительский дар. Как-то летом сильно простыла, был сильный жар, болело все тело. Бабушка надела свою ритуальную одежду, подошла ко мне, потрогала, потом взяла в руки свой бубен. И начала что-то напевать, кружась надо мной. Затем села и стала символически оплевывать мое тело.

После этого обряда я спокойно заснула, а наутро проснулась совсем здоровой. На следующий день приехавшая мама увезла меня в Кызыл, чему я была очень рада: опять буду купаться в Енисее и лазить по крышам.


Я – дочь Санчы!


УАлександра Монгуш. Голоса моей памяти нас в семье главным кормильцем был отец. Мама то работала, то не работала. При папе, вроде, всё было неплохо. А без него стало совсем тяжело. Я училась в пятом классе, когда отец ушел из семьи. Вместе с другими мужиками перегонял скот из Тувы в Хакасию и не вернулся домой. Прислал маме письмо, в котором сообщал, что женился, и чтобы мы на него не надеялись.

Мама была неграмотной, когда зарплату, а потом пенсию получала, вместо подписи ставила крестик, поэтому письмо это ей вслух читала. Слезы мешали различать буквы, ведь я была папиной дочкой и сильно его любила.

Как-то одноклассники сказали, что меня спрашивает и ждет у входа в школу какой-то дядя. Вышла – папа стоит! Увидев меня, заплакал, обнял, неловко сунул в руки гостинец – кулек конфет, любимых мною подушечек, и два бумажных рубля.

Сказал, что перебрался с семьей в Кызыл и повел меня к себе домой – знакомиться с дочками, моими сестрами. Одну из них звали Тамара, другую – Шура. Его новая хакасская жена сказала мне: «Папа твой сильно скучал по тебе. Как напьется, плачет, зовет тебя. Дочку вторую в честь тебя назвал».

Только став взрослой, узнала, что папа не был мне кровным отцом. Мама об этом никогда не говорила, да и он тоже. Только однажды, это было еще до школы, когда мы жили с отцом в глухой тайге на золотодобывающем прииске в верховьях реки Нарын, он как-то в сердцах сказал, что я – дочь какого-то Манчык-оола. Так обиделась на это, что убежала в тайгу. Села на пенек и заплакала. А потом встала и закричала во весь голос: «Я – дочь Санчы!»

Перепуганный папа, бросившийся меня искать, услышал и стал звать: «Доченька, где ты?» Найдя, прижал к себе, понюхал мою голову – так по тувинскому обычаю выражали свою любовь к детям, и сказал: «Я пошутил, ты – только моя любимая дочка».

С кровным отцом встретилась случайно, много лет спустя. Как-то шла с работы домой, а навстречу – пожилой мужчина. Улыбаясь, остановил меня и сказал взволнованным голосом, что он – мой родной отец. Ничего не ответила ему, прошла мимо. А что я могла ему сказать? В моем сердце был только один отец – Санчы Ховалыг.


В первый класс – босиком


Александра Монгуш. Голоса моей памятиВ первый класс пошла первого сентября 1948 года. В кызыльскую школу №2 меня в этот день провожала мама. В честь торжественного дня она нарядила дочку, как могла – белая рубашка, черная юбка, их дал маме кто-то из дальних родственников, сами мы, даже по меркам тех небогатых времен, жили очень скромно.

А вот обуви на мне не было, и это казалось вполне нормальным – всё теплое время года бегала босой, только в холода надевала теплые детские идики – сшитые бабушкой тувинские сапожки.

Но педагогам голые ноги новой ученицы почему-то не показались обычным явлением. Они ахнули и повели меня в комнату, где было полно детской одежды, а еще – одеяла, простыни. Там быстро подобрали подходящие ботиночки со шнуровкой, а в придачу к ним – чулки. Ну и намучилась же, пока научилась справляться со шнурками на моей первой в жизни настоящей обуви.

Первоклассники учились во вторую смену. Рейсовых городских автобусов тогда в Кызыле не было, часов у нас дома – тоже, поэтому очень боялась опоздать на занятия. Выходила рано, путь от кожзавода до второй школы у городского парка занимал часа два. Добредала и уставшая, голодная ждала на улице окончания уроков первой смены.

В ноябре меня оформили на жительство в пришкольный интернат на полное государственное обеспечение, и учиться стало гораздо легче.


Узница балконной решётки


Вначальных классах я училась на одни пятерки. Школу свою очень любила. Построенная в 1940 году как подарок СССР тогда еще Тувинской Народной Республике, она казалась мне чудесным дворцом: трехэтажная, с большими окнами, светлыми классами и даже балконом на втором этаже, куда мы, дети, часто выходили на переменках.

С этим балконом связано особое воспоминание. В четвертом классе участвовала в спектакле по пушкинской «Сказке о попе и его работнике Балде». Играла Балду. Ребятам очень понравилось, они бурно аплодировали, смеялись. Но некоторые продолжали смеяться и после, ко мне приклеилось обидное прозвище Балда.

Как-то во время перемены дети собрались на балконе, и шутники в очередной раз стали дразниться. Не выдержала и закричала: «Прекратите называть меня Балдой, а то сейчас засуну голову в решетку!» Но они не унимались. И тогда выполнила то, что пообещала: просунула голову между узорными железными прутьями. На обидчиков это особого впечатления не произвело, они столпились вокруг и продолжали хохотать, а когда прозвенел звонок, убежали на урок.

Пытаюсь вытащить свою дурную голову и не могу – крепко застряла. Туда-то свободно прошла, а назад – никак. Я – в крик. Прибежали учителя, не знают, что делать. Послали за директором, он пришел, но тоже ничем помочь не смог. Уже слезами обливаюсь.

Наконец, привели какого-то дядю с инструментами, и он стал пилить железный прут возле моей шеи. Кое-как вызволили. Урок был сорван.

Наша добрая и отзывчивая Матрёна Тимофеевна Архипова, первая моя, и горячо обожаемая учительница, вернулась от директора озабоченная, видимо, ей сильно попало за меня. Было так стыдно, что огорчила ее.

Одно хорошо – после этого меня перестали дразнить Балдой.


Добрая улыбка учительницы


Александра Монгуш. Голоса моей памяти Очень любила я и Веру Матвеевну Неделину, она вела у нас в старших классах математику. Добрая, сердечная, она так старалась, чтобы мы хорошо усвоили этот трудный предмет, постоянно проводила дополнительные занятия для тех, кто отставал.

В нашем классе по математике лучше всех успевали Александр Баир и я, но всё равно ходила на эти вечерние занятия, чтобы лишний раз пообщаться с Верой Матвеевной. И даже немного ревновала ее к другим ученикам.

Однажды очень обиделась. Вера Матвеевна ко всем подходит, разъясняет непонятное, а на меня не обращает внимания, а так хочется, чтобы обратила. Разозлившись, громко заявила: «Ничего не поняла, ничего не знаю».

Учительница внимательно на меня посмотрела и сказала: «Шура, я знаю, что ты усвоила эту тему, поэтому и объясняю ее другим ребятам». А потом добавила грустно: «Знаешь, мне нелегко каждый день ходить на дополнительные занятия, у меня ведь дети, семья».

Стало совестно за свой эгоизм. После занятий, плача, подошла к ней, извинилась, сказала, что люблю и уважаю ее больше всех. Вера Матвеевна, улыбнувшись, прижала меня к себе и быстро ушла.

После окончания школы часто ходила к Вере Матвеевне в гости. Жила она в деревянном домике в районе нынешнего автовокзала. Учительница всегда встречала доброй улыбкой, интересовалась моей жизнью, давала от сердца идущие советы.


Неожиданный братик Володя


Росла единственным ребенком в семье. Старшую сестру Донгуу помню смутно: ее не стало, когда я была еще дошкольницей. Мама рассказывала, что зимой, когда ходила на танцы, сестра сильно отморозила ноги, так как была в капроновых чулках.

В Кызыле ей одну ногу ампутировали и привезли в село Теве-Хая, где жила тогда наша семья. Сестра была такой красавицей, что даже инвалидность ее не испортила: к нам специально приходили молодые люди, чтобы только посмотреть на Донгуу. Но операция сестру не спасла: она умерла от заражения крови.

Мама рожала много раз и после меня – мальчиков. Но все они умирали, не доживая до двух лет. Мама плакала и говорила, что я жива, потому что у меня есть дар божий, который защищает от чертей.

Вместе с ней горевала, что нет у меня младшего братика, но когда мне было двенадцать, он появился – совершенно неожиданно.

Дело было так. На каникулах отправилась вместе с мамой к ее родне в Улуг-Хемский район. Приехали на чайлаг – летнюю чабанскую стоянку, взрослые собрались в юрте, а я играла возле нее с ребятишками нашей родственницы.

Среди них заметила мальчика лет трех, непохожего на других детей – и кожа не такая смуглая, и волосы светленькие, это потом они потемнели. Он так резво бегал, гонялся за старшими, играл с ягнятами. И напоминал мне недавно умершего маленького братика.

Меня позвали в юрту покушать. Взрослые уже выпили тувинской араки и начали шумно обсуждать отца светловолосого мальчика – нехороший, бросил ребенка. И матери своей малыш тоже не нужен.

Вдруг мама неожиданно заявляет, что возьмет его к себе. А потом говорит: «Беленький мальчик – твой братик Володя, приведи его». Радостная, я выскочила наружу, схватила ребенка и понесла в юрту. Малыш не пытался вырваться, доверчиво прижался ко мне. Мы так с ним и уснули, обнявшись.

На следующий день мы втроем уехали в Кызыл. Мне мама сказала, что Володя – сын ее родного брата Агыр-оола.

С братиком мы никогда больше не расставались. Я даже лучше мамы заботилась о нем. Как-то раз малыш стал ходить по-большому, и у него из попы выпала прямая кишка. Взрослых рядом нет. Что делать? Володя плачет, я вместе с ним. Потом, спохватившись, затолкала кишку внутрь. Получилось. После этого малыш лежал в больнице, его вылечили.


Кто бы мог тогда подумать


С Александра Монгуш. Голоса моей памятидетства Володя был очень смышленым, всё ему давалось легко. Но и капризным, чуть что не по нему – залезет под кровать и не выходит. Мы с мамой шли у него на поводу, потому что очень любили. А иногда мой маленький братик становился задумчивым и начинал что-то чертить пальчиком в воздухе.

Кто бы мог тогда подумать, что Володя – Владимир Агыр-оолович Ховалыг – станет профессиональным живописцем, членом Союза художников СССР, лауреатом премии комсомола Тувы, Заслуженным работником культуры республики.

Володя с детства увлекался рисованием, лучшим подарком для него были карандаши, краски, альбомы. Ходил на занятия в студию при Доме народного творчества, вел ее ветеран тувинской живописи Василий Дёмин.

Учился он в школе № 2. В 1964 году, брат тогда был восьмиклассником, в нашей семье произошло радостное событие: из деревянного дома, он стоял в центре Кызыла на том месте, где сейчас памятник Ленину, мы переехали в настоящую квартиру. Чтобы получить ее, мама специально ходила на прием к председателю Президиума Верховного Совета Тувинской АССР Байкаре Шожульбеевне Долчанме, чуткой и отзывчивой женщине. Просила квартиру обязательно с балконом, чтобы сын, у которого – талант к живописи, мог на этом балконе рисовать свои любимые пейзажи.

Мамина мечта осуществилась: нам дали двухкомнатную квартиру на четвертом этаже одного из новых благоустроенных домов на улице Ленина. Это сейчас такие дома пренебрежительно называют хрущевками, а тогда эти четырехэтажки казались нам роскошными. И в квартире был балкон – с видом на Енисей и горы, которые потом в самых разных интерпретациях оживали на картинах Володи.

Мама радовалось, что он, кроме рисования, увлекается спортом, что вырос искренним, отзывчивым, добрым. Если кто-то нуждался в помощи, Володя сразу откликался и готов был отдать последнюю рубашку.

После окончания школы брат поступил в Красноярское художественное училище имени Сурикова. Когда мама тяжело заболела, Володя, чтобы быть рядом с ней, сразу перевелся на художественное отделение Кызыльского училища искусств. После смерти мамы мой единственный брат до последних дней жизни был сильно привязан ко мне, нас связывала обоюдная любовь.


Дорогие подарки


Умер Володя 1 ноября 2005 года – сердечный приступ. Ему было 56 лет. Его полотна маслом – натюрморты, пейзажи, портреты людей Тувы – продолжают жить в музеях Омска, Томска, Барнаула, Красноярска, Новокузнецка и, конечно же, в нашем Национальном музее Республики Тыва.

Творчество Владимира Агыр-ооловича Ховалыга продолжает быть предметом изучения искусствоведов. В 2013 году в Уфе прошла Вторая международная заочная научная конференция «Искусство Евразии – на перекрестке культур». Среди представленных работ – «Владимир Ховалыг: пейзаж как пазл» – исследование Ирины Бежен-ооловны Шокпаа, преподавателя Кызыльского колледжа искусств имени Чыргал-оола.

Думаю, ей удалось подметить главное в его творчестве и характере: «Впрочем, и без разложения на подсмыслы, картины В.А. Ховалыга внушают радужное настроение. Стеклярусы гор, переливистый ритм холмистых раздолий, яркие бусы цветов, узоры ветвей, решетки улиц зимней деревни – всё это заставляет понять, что счастье – сегодня, здесь и сейчас».

Это детское ощущение счастья возле юрты на чайлаге, когда впервые обняла малыша, ставшего моим братом, и сегодня просыпается в сердце, когда смотрю на висящие у меня дома картины – три тувинских пейзажа и натюрморт с цветами – дорогие подарки Володи.


Фото Василия Балчый-оола,

из фондов Национального музея Республики Тыва

и из личного архива Александры Монгуш.


Очерк Александры Монгуш «Голоса моей памяти» войдёт тридцать шестым номером в шестой том книги «Люди Центра Азии», который после выхода в свет в июле 2014 года пятого тома книги продолжает готовить редакция газеты «Центр Азии».


Окончание – в №18 от 10 июня 2016 года.

Фото:

  1. Александра Санчаевна Монгуш, ветеран Союза журналистов Тувы, член Союза журналистов России с 1978 года, с дочерью Саяной Адар-ооловной Монгуш, членом Союза журналистов с 2000 года, в аппаратной гостелерадиокомпании «Тыва». В руках у Александры Монгуш – венгерский магнитофон «Репортер», ее главное орудие труда в период работы на радио. «Репортером» пользовалась и Саяна Монгуш, эти переносные магнитофоны служили радиожурналистам до начала двухтысячных годов, когда их сменили цифровые диктофоны. Кызыл, ГТРК «Тыва». 21 апреля 2016 года. Фото Василия Балчый-оола.

  2. Александра Санчаевна Монгуш, в девичестве Ховалыг. В этом доме прошло ее детство, с его крыши она, дошкольница, упала, вылечив сама себя от ушиба головы зимней шапкой. Кызыл, район кожзавода. 21 апреля 2016 года. Фото Василия Балчый-оола.

  3. Цех Кызыльского кожзавода. Кызыл, 1945 год. Фото из архива Национального музея Республики Тыва.

  4. Школа № 2, построенная в 1940 году как подарок СССР тогда еще Тувинской Народной Республике. В первый класс этой школы босая Шура Ховалыг пошла первого сентября 1948 года. На втором этаже школы – тот самый балкон, узницей которого она стала, когда училась в четвертом классе. Фото 1945 года из архива Национального музея Республики Тыва.

  5. Председатель Президиума Верховного Совета Тувинской АССР Байкара Шожульбеевна Долчанмаа в своем кабинете ведет прием граждан. Пришедшая на прием Эникей Ондагаровна Ховалыг просит о предоставлении благоустроенной квартиры, в которой ее приемный сын Володя Ховалыг мог бы развивать свой живописный талант. Тувинская АССР, Кызыл. Сентябрь 1963 года.

  6. Пленэр. Художник Владимир Ховалыг (справа) со старшим коллегой председателем Союза художников Тувы Сарыг-оолом Саая. Тувинская АССР, 1984 год.

  7. Владимир Ховалыг в своей мастерской. Кызыл, 2002 год.

Александра Монгуш, член Союза журналистов России с 1978 года. Литературный редактор Надежда Антуфьева.

 (голосов: 13)
Опубликовано 27 мая 2016 г.
Просмотров: 4893
Версия для печати

Также в №17:

Также на эту тему:

Алфавитный указатель
пяти томов книги
«Люди Центра Азии»
Книга «Люди Центра Азии»Герои будущего
VI тома книги
«Люди Центра Азии»
Владимир Митрохин Арыш-оол Балган Никита Филиппов
Лидия Иргит Татьяна Ондар Екатерина Кара-Донгак
Олег Намдараа Павел Стабров Айдысмаа Кошкендей
Галина Маспык-оол Александра Монгуш Николай Куулар
Галина Мунзук Зоя Докучиц Алексей Симонов
Юлия Хирбээ Демир-оол Хертек Каори Савада
Байыр Домбаанай Екатерина Дорофеева Светлана Ондар
Александр Салчак Владимир Ойдупаа Татьяна Калитко
Амина Нмадзуру Ангыр Хертек Илья Григорьев
Максим Захаров Эсфирь Медведева(Файвелис) Сергей Воробьев
Иван Родников Дарисю Данзурун Юрий Ильяшевич
Георгий Лукин Дырбак Кунзегеш Сылдыс Калынду
Георгий Абросимов Галина Бессмертных Огхенетега Бадавуси
Лазо Монгуш Василий Безъязыков Лариса Кенин-Лопсан
Надежда ГЛАЗКОВА Роза АБРАМОВА Леонид ЧАДАМБА
Лидия САРБАА  


Книга «Люди Центра Азии». Том VГерои
V тома книги
«Люди Центра Азии»
Вера Лапшакова Валентин Тока Петр Беркович
Хажитма Кашпык-оол Владимир Бузыкаев Роман Алдын-Херел
Николай Сизых Александр Шоюн Эльвира Лифанова
Дженни Чамыян Аяс Ангырбан и Ирина Чебенюк Павел Тихонов
Карл-Йохан Эрик Линден Обус Монгуш Константин Зорин
Михаил Оюн Марина Сотпа Дыдый Сотпа
Ефросинья Шошина Вячеслав Ондар Александр Инюткин
Августа Переляева Вячеслав и Шончалай Сояны Татьяна Верещагина
Арина Лопсан Надежда Байкара Софья Кара-оол
Алдар Тамдын Конгар-оол Ондар Айлана Иргит
Темир Салчак Елена Светличная Светлана Дёмкина
Валентина Ооржак Ролан Ооржак Алена Удод
Аяс Допай Зоя Донгак Севээн-оол и Рада Ооржак
Александр Куулар Пётр Самороков Маадыр Монгуш
Шолбан Куулар Аркадий Август-оол Михаил Худобец
Максим Мунзук Элизабет Гордон Адам Текеев
Сергей Сокольников Зоя Самдан Сайнхо Намчылак
Шамиль Курт-оглы Староверы Александр Мезенцев
Кара-Куске Чооду Ирина Панарина Дмитрий и Надежда Бутакова
Паю Аялга Пээмот  
 
  © 1999-2017 Copyright ООО Редакция газеты «Центр Азии».
Газета зарегистрирована в Средне-Сибирском межрегиональном территориальном управлении МПТР России.
Свидетельство о регистрации ПИ №16-0312
ООО Редакция газеты «Центр Азии».
667012 Россия, Республика Тыва, город Кызыл, ул. Красноармейская, д. 100. Дом печати, 4 этаж, офисы 17, 20
тел.: +7 (394-22) 2-10-08
http://www.centerasia.ru
Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru