газета «Центр Азии»

Вторник, 17 октября 2017 г.

 

архив | о газете | награды редакции | подписка | письмо в редакцию

RSS-потокна главную страницу > 2016 >ЦА №25 >Олег Намдараа. Ленин с берегов реки Алаш.

«Союз журналистов Тувы» - региональное отделение Общероссийской общественной организации «Союз журналистов России»

Самые популярные материалы

Ссылки

электронный журнал "Новые исследования Тувы"

Олег Намдараа. Ленин с берегов реки Алаш.

Люди Центра Азии ЦА №25 (19 — 25 августа 2016)

Олег Намдараа. Ленин с берегов реки Алаш.Осенний вечер шестьдесят седьмого года. Я, семиклассник, один дома. Слышу стук в дверь, открываю и столбенею: передо мной – живой Ленин. Стою истуканом, молчу, и Владимир Ильич помалкивает, только глаза смеются. Наконец, насладившись произведенным впечатлением, произносит: «В кармане костюма я забыл папиросы, подай их мне, сынок».

Оказывается, отец, воспользовавшись длительной паузой между выходами на сцену в революционном спектакле «На берегу Невы», решил, как был, в гриме и костюме вождя мирового пролетариата, быстренько сбегать домой за куревом, благо жили мы неподалеку от старого здания Тувинского музыкально-драматического театра.

Роль Ленина, которую Олег Дондукович Намдараа впервые исполнил на тувинской сцене в 1957 году в спектакле «Человек с ружьем», была самой яркой в его творчестве.

Тридцать два года своей пятидесятидвухлетней жизни он посвятил театру, играя героев русской, тувинской, зарубежной классики на большой кызыльской сцене, в сельских клубах, на полевых станах, чабанских стоянках. И была еще одна главная роль, которую он с успехом исполнил – отца в нашей многодетной семье.


Дети мои, слушайтесь мать


НОлег Намдараа. Ленин с берегов реки Алаш.ас, детей, в семье было восемь: пять мальчиков и три девочки которые родились после них. Дядя по материнской линии Экер-оол Бартанович Сат по любому случаю любил говорить: «У детей сестры и честе (так тувинцы с уважением называют зятя – мужа старшей сестры, а если сестра младшая, то зятя именуют кудээ) такие красивые имена – Орлан, Эрес, Мерген, Омак, Сергек, Урана, Чечена, Байлак». Сергек при получении паспорта изменил последнюю букву и стал Сергеем, но мы и сейчас зовем его домашним именем, данным отцом.

Пять мальчиков подряд. Отец радовался каждому, но с нетерпением ждал девочку. Когда родилась первая – Урана – он был счастлив и, приходя домой, первым делом брал малышку на руки, ласкал и баюкал. У него был специальный ритуал: когда возвращался с работы поздно ночью, обязательно подходил к спящим детям и целовал каждого.

Отцовская работа – постоянные гастроли по районам республики. Уезжая в очередную месячную командировку, он по-тувински писал на большом листке: «Дети мои, слушайтесь мать, помогайте ей, следите за младшими». Это наставление он вешал на стене кухни – на самом видимом месте.


На двух языках


Мы росли в городе и, в основном, общались со сверстниками на русском языке, поэтому в детстве плоховато говорили на родном языке. Когда, например, мама по-тувински просила Сергека принести что-нибудь из другой комнаты, он хватал первое, что попадалось на глаза, нес и показывал ей: «Это, мама?» И так несколько раз, до тех пор, пока мать, махнув рукой, сама не шла за нужным предметом.

Да и я сам при поступлении во вторую школу Кызыла вызвал сомнения во владении родным языком у моей первой учительницы Нурзат. Она попросила посчитать по-тувински. Такое легкое задание: один, два, три, четыре – бир, ийи, уш, дорт. Бодро начал, но при этом так коверкал числительные, что педагог грустно покачала головой.

Папа, узнав об этом, успокоил – выучишь, как и я научился. И со смехом рассказал сходную историю из своего детства. При поступлении в школу его спросили: «Умеешь говорить по-русски?» Утвердительно кивнул и начал гордо произносить матершинные слова, которым какой-то шутник научил наивного парнишку.

Дома мы, дети, говорили друг с другом по-русски, а с мамой и отцом – по-тувински. Папа и письма писал нам на тувинском языке. Сохранилось одно из них: датированное третьим августом 1969 года, оно было отправлено старшему сыну Орлану, проходившему тогда армейскую службу.

«Здравствуй, Орлашка!

В том, что твоя военная служба идет хорошо, что ты жив и здоров, нам рассказало твое письмо, спасибо тебе за это! И поэтому твои мать и отец, все братишки и сестренки шлют тебе горячий семейный привет.

Наш солдатик, мы признаем свою вину в том, что долго не писали тебе письма. Мы живем и работаем хорошо. Байлак и Чечена исправно посещают детский садик. Урана и Сергек пока находятся дома. Омак, Мерген и Эрес, все трое, работают в той же экспедиции, где работал и ты. Мать и я продолжаем работать.

Сынок, праздник Наадым, который ты хотел посмотреть перенесли на октябрь, когда будут отмечать 25-летие Советской Тувы. Погода в Туве была жаркая, сейчас идут дожди. Я 4 августа уезжаю на гастроли, буду в отъезде до 26 августа.

Пока всё, наш сын. Срок солдатской службы у тебя остался небольшой, отлично его прослужи, твоего скорого приезда домой все мы с нетерпением ждем, наш солдат».


Вот и ты стал для нас помощником


ЭОлег Намдараа. Ленин с берегов реки Алаш.кспедиция, о которой упоминает Олег Дондукович в своем письме старшему сыну, – это археологическая экспедиция, которой на протяжении ряда лет руководил известный археолог Александр Данилович Грач. Во время летних каникул на раскопках работали школьники, в том числе и пять братьев Намдараа.

Младший из нас, Сергек, вспоминает, что первое трудовое крещение он прошел в двенадцать лет, в 1970 году:

«После окончания сезона мы с отцом отправились на базу экспедиции, которая находилась на территории школы №3. В кабинете сидел ее начальник Александр Данилович Грач. Когда мы вошли, он встал и рукопожатием приветствовал отца. Они долго разговаривали. Александр Данилович с благодарностью говорил о нас, сыновьях, как работников экспедиции, поздравил с первой получкой младшего сына.

Когда мы вышли, отец взял мою руку, посмотрел в глаза и сказал: «Вот и ты стал для нас с мамой помощником, спасибо тебе. Мы очень гордимся тобой, а на эти деньги купим зимние вещи тебе и сестренкам».

Всю обратную дорогу домой отец держал меня за руку, расспрашивал о работе и улыбался. Он очень гордился тогда нами, своими сыновьями».


Зачем мне этот ашак?


Мама наша, Монгуш Маскыржаповна Намдараа, в девичестве Шенгирток, по-русски говорила хуже отца. Родилась она в местечке Чыргакы, это в нынешнем Дзун-Хемчикском районе, была в семье десятой из тринадцати детей.

Мать не хотела отправлять дочь учиться в районный центр. Завидя подъезжающего к их юрте всадника – школьного учителя, собирающего детей на учебу, она постоянно прятала дочку. Мама всю жизнь сокрушалась, что зря слушалась нашу бабушку, в результате чего не получила достойного образования.

Олег Намдараа. Ленин с берегов реки Алаш.Зато в домашнем хозяйстве она была идеальной, в доме всегда царили чистота и порядок. Если проведет пальцем по полке шкафа или по подоконнику и на нем останется пыль, немедленно объявляет всесемейную генеральную уборку, в которой под ее руководством участвуют все, включая малышей.

Только кровать родителей – табу. К ней даже притронуться было страшно, потому что заправить ее так, как это делала мама, невозможно. Из двух простыней, байкового одеяла и подушек складывалось нечто очень сложное, в виде почтового конверта, и без единой складочки. В пятидесятые и шестидесятые годы мама работала в двухэтажной гостинице по улице Ленина, теперь в этом здании – детская поликлиника, и там научилась заправлять кровати таким идеальным образом.

Мама была на десять лет младше отца. Познакомились они в городе Чадане. Восемнадцатилетняя девушка работала в столовой, куда пришли обедать приехавшие на гастроли артисты. Заметив, что она заинтересовала Олега, его друзья подстроили им встречу после спектакля.

Мама всегда со смехом рассказывал о том, что говорила тогда подружкам: «Зачем мне этот ашак?» Ашак – старик, таким казался восемнадцатилетней девушке двадцативосьмилетний Олег. В том же 1948 году они поженились, спустя год родился первенец Орлан.


Домашний спектакль – в подарок отцу


В детстве, глядя на отца, мы все хотели быть артистами. В результате выбрали другие профессии, но любовь и уважение к театру осталась в каждом из нас, а воспитывалось оно с самых ранних лет.

Мы постоянно устраивали домашние концерты и спектакли. Сами выступали и в то же время были зрителями, сменяя друг друга на импровизированной сцене. А раскланиваться выходила Урана, это у нее получалось лучше всех.

Самым артистичным из нас был Омак. Как-то во время исполнения индейского танца так увлекся, что у него сползла набедренная повязка, но брат сделал всё, как положено профессионалу: не растерялся, подтянул ее и исполнил номер до конца. За что и получил отцовскую похвалу. Омак придумывал для нас сценки, раздавал роли.

Весной 1970 года – специально к пятидесятилетию отца – наш домашний театр поставил одноактную пьеску о том, как мальчик в одной из стран Латинской Америки продавал газеты. Его роль исполнял Сергек. Стариком с бородой из мочалки был Омак. Он просил маленького продавца прочитать ему газету, и слышит печальный ответ: «Читать учиться я не мог, я продавал газеты».

Режиссером-постановщиком был я, а зрителями – наши родители, соседи, гости и родственники, приехавшие на юбилей из районов. В финале под бурные аплодисменты раскланиваться вышла, как всегда, Урана.

Урана Олеговна Намдараа, в замужестве Даржаа, стала учителем. Сегодня она с благодарностью вспоминает тот детский сценический опыт, пригодившийся и в педагогической работе:

«Я росла застенчивой девочкой и никогда не думала, что смогу выйти на сцену. Но Владислав Афанасьевич Малков, заместитель по воспитательной работе и одновременно руководитель драматического кружка в кызыльской школе-интернате №2, где я училась, сказал: «У тебя такая знаменитая фамилия, ты должна пойти по стопам своего отца». Он дал мне в школьном спектакле главную роль феи. Сыграв ее, поняла, что могу не только хорошо кланяться после выступления других, но и сама исполнить, пусть небольшую, но свою роль на сцене».


Ссылка картёжника по семейному суду


ООлег Намдараа. Ленин с берегов реки Алаш.тец и мама могли быть очень строгими. В десять лет я был даже отправлен в ссылку за серьезное преступление.

Жили мы в одном из трехэтажных домов по улице Ленина, в него наша семья переехала в 1959 году. Соседями по дому были семьи композитора Кенденбиля, артистов Болдукпана, Кысыгбая, художника театра Лиховида, ученых Аранчина, Калзана, хирурга-фронтовика Канунникова, преподавателя иностранного языка в пединституте Дятлова, водителей Соболевского, Попова, партийного работника Сорокина.

Несмотря на разницу в возрасте все дети дружили, вместе играли во дворе. И вместе заразились азартом игры в карты на деньги. Крупных денег у нас, конечно, не было, в ход шли копейки. Однажды, в самом начале летних каникул, мне крупно повезло: выиграл столько, что карманы спортивки провисали.

Дома радостно высыпал всю эту мелочь на стол: «На, мама, будешь покупать хлеб!» «Откуда, такое богатство сынок?» Гордо ответил: «В карты выиграл!» Реакция матери была ожидаемой для меня: «Ой, сынок, молодец!»

Тем неожиданней был семейный суд, который состоялся вечером, когда пришел с работы отец. Судили третьего сына – Мергена, то есть меня. Папа был суров, но больше всех к моему удивлению и негодованию возмущалась мама. Она была, как прокурор с обвинительной речью, говоря, что я совсем испорчусь здесь, в городе, с картежниками и пойду по лестнице, ведущей вниз, к преступникам.

Было решено отправить меня на всё лето из города в ссылку – в Бай-Тайгинский район. Назавтра туда как раз отправлялся родственник отца Алдын-оол Айыр-Санаевич Салчак – студент-заочник, который приезжал в Кызыл сдавать экзамены и всю сессию жил у нас. Наутро меня вместе с ним посадили в автобус, помахали руками и наказали не баловаться.

Как не хотелось мне уезжать из города от друзей в незнакомую Бай-Тайгу. Когда в окне автобуса стали исчезать последние дома Кызыла, на глаза от обиды навернулись слезы. Но в селе Тээли мне очень понравилось, и на следующий год сам напросился ехать туда.

Особенно полюбилась пустовавшая в летнее время ферма Ээр-Хавак, где сторожем был дедушка Алдын-оол, тесть старшего брата отца Давыы Сарыглара. Ближе к осени, в августе, Давыы приехал на ферму, чтобы помочь тестю приготовить сено на зиму. Помогая им, я научился косить. Позже, когда сам стал зятем, это умение пригодилось на заготовке сена в Эрзинском районе – для родителей моей жены, Алдын-кыс Сыяновны.

Дедушка Алдын-оол научил меня охотиться на сусликов с капканами. За лето мы с ним наготовили два мешка сусличьих шкурок. Когда сдали их, на вырученные деньги дедушка купил мне школьную форму и обувь.


Коварный коклюш


К нОлег Намдараа. Ленин с берегов реки Алаш.ам, городским жителям, часто приезжали близкие и дальние родственники из районов. Большинство – с гостинцами, в основном, состоящими из национальных продуктов: быштак – сыр приготовленный и помещенный в холщовый мешочек, который сверху придавливали тяжелым, чтобы придать нужную форму и дать возможность затвердеть; тараа – обжаренные зерна пшена; чокпек – лакомство из гущи, которая оставалась после топления масла; далган – мука из жаренного ячменя или пшеницы; кургаг ааржы – высушенный и измельченный творог. Мы были рады таким гостям.

Но были и другие, которые приносили спиртное и сбивали с нормального ритма жизни наших родителей, когда, сделав свои дела, устраивали в доме застолье, а потом уезжали восвояси. Такие гости нам, конечно, не нравились.

Приезжали и родственники с больными, которые жили у нас, пока сдавали анализы и устраивали своих больных на лечение. После такого визита 1963 году одновременно заболели коклюшем Орлан, Эрес и я.

Меня врачи вылечили быстро, болезнь отступила после принятия таблеток, брат Орлан проболел дольше, но тоже – без последствий. А у Эреса началось такое сильное обострение, что его направили лечиться в Красноярск. Вместе с ним поехал отец.

В Красноярске Эресу сделали сначала одну операцию, вырезав половину пораженного правого легкого. Но болезнь прогрессировала, и врачи провели вторую операцию, полностью удалив правое легкое.

Всё это время – два месяца – отец был рядом с сыном. Сначала жил в гостинице, но потом деньги закончились, и он ночевал на железнодорожном вокзале. Домой писал бодрые письма, не хотел огорчать и пугать жену.

После возвращения в Туву Эрес ещё год проходил реабилитацию в республиканском туберкулезном диспансере и в санатории в селе Бельбей Каа-Хемского района. За это время он сильно подрос, наверное, потому что большую часть времени был в горизонтальном положении и нагрузка на позвоночник была мала. Стал намного выше всех братьев, и мать в шутку называла его узун кылчыгыр – долговязый.

Мы часто навещали брата в рестубдиспансере, в шестидесятых годах город заканчивался этим зданием. За ним – степь, в которой сиротливо виднеется высокое здание водонапорной башни. Мы, подростки, запасясь едой и питьевой водой, ходили к этой башне в походы.

Придя к брату, мы вызывали его, вручали нехитрые гостинцы – карамельки, печенье – и проводили несколько часов вместе с ним: играли с небольшом сквере у больницы, вырезали перочинным ножичком фигурки из древесной коры, разговаривали.

Эрес иногда тоже угощал нас – яблоком, которое давали ему в больнице. Разделив яблоко тем же ножичком, мы тут же съедали его. Фрукты в то время были для нас экзотикой, мандарины появлялись только в новогодних подарках.

С одним легким наш брат прожил до шестидесяти двух лет.


Злые духи, выпившие молоко


ОлОлег Намдараа. Ленин с берегов реки Алаш.ег Дондукович Намдараа родился 18 апреля 1920 года на берегу реки Алаш в нынешнем Барун-Хемчикском районе Тувы.

В 1989 году, когда мы, его потомки, приехали в поселок Кызыл-Мажалык на церемонию присвоения районному Дому культуры имени Олега Намдараа, младший брат отца Ким-оол Дондукович Сарыглар показывал нам местечко, где стояла юрта их родителей – Дондука и Анайбан Сарыгларов. Они, скотоводы, кочевали по берегам реки Алаш, меняя летнюю стоянку на осеннюю, зимнюю, весеннюю и наоборот.

Боом-Баары – гора, которая, если в наше время смотреть из стоящей у моста через Алаш юрты через хараача – потолочное отверстие, нависает прямо над нами. Оттуда кочевали в местечко Тас-Хонаш, затем – в Ойбак-Хонаш и Бел-Бажы. Бел-Бажы – место, где крутые склоны гор спускаются прямо к воде. Там есть тихие, глубокие заводи, в которых в прежние времена можно было поймать тайменя, по-тувински – бел, размером с кровать в юрте.

Любопытно, что в семье отцовых родителей, так же, как потом у него самого, сначала родились пять мальчиков подряд – Давыы, потом Чылбыска – такое имя Олег Дондукович Намдараа получил при рождении, за ним – Дырышпай, Ким-оол, Александр. За мальчиками последовали девочки: Анай-кыс, которая умерла в детстве от змеиного укуса, и Кылбанак.

В детстве с Чылбыской случалось много курьезов. Однажды, когда батрачил у богатых скотоводов в местечке Кудугуй, он очень напугал своих хозяев.

Дело было так. Тувинцы, сварив молоко, на некоторое время оставляли его в посуде недвижимым, чтобы на поверхности образовалась толстая пленка сливок, из которой потом делали разные вкусности. Чылбыска и его товарищ незаметно прокрались к задней части юрты, войлок которой в жару был приподнят для вентиляции, и через длинную полую тростинку выпили из котла часть молока.

Пленка провисла, но осталась целой, отверстие в ней было таким крошечным, что хозяева его не заметили и долго недоумевали: куда исчезло молоко? Кроме злых духов это сделать некому. Испугались так, что пригласили шамана: очистить от них и юрту, и всё вокруг.


Негаснущий под чайником огонь


ЧылбыОлег Намдараа. Ленин с берегов реки Алаш.ска – Недоносок – имя, данное тоже для того, чтобы отпугнуть злых духов. Второй сын в семье родился раньше срока, совсем крошечным. Чтобы уберечь его, чтобы шулбус – дьявол – не позарился на малыша и не унес в другой мир, ребенку дали неблагозвучное имя.

Конечно, мальчику не хотелось носить такое унизительное имя, и в годы учебы он поменял его. Учиться начал в пятнадцать лет в начальной школе села Хонделен, куда поступил в 1935 году, продолжил – в школе-интернате села Кызыл-Мажалык, которую тувинцы называли Бедик-Бажын – Высокий дом. А в сороковом году, узнав об открытии в Кызыле театральной студии, отправился в столицу Тувинской Народной Республики.

Жили студийцы первого набора в деревянном одноэтажном, с мезонином, здании, где находился театр, а позже разместился краеведческий музей. Старший брат Давыы Дондукович Сарыглар рассказывал о смешном случае, произошедшем с ним, когда приехал в Кызыл в гости к младшему. Тот с другом Николаем Олзей-оолом утром ушел на занятия, наказав снять с эклектрической плитки чайник, когда он вскипит, и пить чай без них.

Чайник закипел, Давыы поднял его и увидел докрасна раскаленную спираль плитки. Сколько не дул, она не гасла – какой-то волшебный огонь. Что же делать?

Снова поставив чайник на плитку, он устроился возле нее, терпеливо подливая холодную воду в выкипающий чайник. Так продолжалось до обеденного перерыва, вернувшийся брат объяснил: надо просто вынуть вилку из розетки.


Твой брат стал русским


В национальном музее Республики Тыва, в личном архиве отца, я обнаружил его первую трудовую книжку, а в ней – запись о том, что 16 ноября 1940 года, он принят учеником в театрально-музыкальную студию.

Эта книжка, выданная 2 апреля 1942 года, проливает свет и на изменение его имени. В это время он еще носил фамилию Сарыглар, отчество – Дондук, а имя уже новое – Намдараа. Именно с двумя «а» в конце.

После вхождения 11 октября 1944 года Тувинской Народной Республики в состав СССР началась всеобщая паспортизация с заменой тувинских документов на советские, и тогда уже Намдараа стало фамилией, а имя он взял себе русское – Олег.

Когда эта весть добралась в район до родных, они сначала не могли понять, в чем дело. Ким-оол Дондукович Сарыглар рассказывал, что долго не мог осмыслить услышанное от знакомых: твой брат стал русским. Он видел в Кызыл-Мажалыке приезжающих туда русских людей и никак не мог взять в толк: каким таким образом его родной брат стал одним из них?

То, что всё дело – в имени, понял, когда Олег Дондукович Намдараа уже с новым документом приехал навестить родню.


Единственная в Туве фамилия


Как появилась эта единственная в Туве фамилия – Намдараа? Отец сам придумал ее – так считают его родные. Намдар в переводе с тувинского – биография. Но почему тогда две буквы «а» в конце?

О загадке фамилии коллеги и родственники отца вели тихий разговор в ночь перед последним днем декабря 1972 года, когда у нас дома сидели у его гроба, прощаясь с ушедшим. Разные были мнения, но точного ответа не знал никто. Помню одну из версий: образовалась из словосочетания нам даргазы – партийный начальник.

Но я этот вариант считаю неверным, потому что отец никогда не стремился сделать партийную или советскую карьеру, хотя у него были возможности для этого: неоднократно избирался в районный и городской советы народных депутатов.

Он был очень скромным человеком, даже на общих фотографиях коллектива музыкально-драматического театра стоит в последнем ряду, обычно – слева. За тихий нрав коллеги даже прозвали его Инек – Корова. Когда мы всей семьей приезжали на аржааны – целебные источники, лечившиеся там артисты шутили: вот идет Инек и его бызаалар – телята.

Историю выбора фамилии и имени отец унес с собой. Но факт остается фактом: у Олега Дондуковича в Туве не было и нет однофамильцев.


Окончание – в №26 от 26 августа 2016 года


Очерк Мергена Намдараа об Олеге Намдараа «Ленин с берегов реки Алаш» войдёт сороковым номером в шестой том книги «Люди Центра Азии», который после выхода в свет в июле 2014 года пятого тома книги продолжает готовить редакция газеты «Центр Азии».

Фото:

1. Отражение в театральном зеркале: Олег Намдараа готовится к перевоплощению во Владимира Ленина, рядом с ним в форме революционного матроса – актер Чойган Номулдай. Тувинская АССР, Кызыл, гримерная музыкально-драматического театра. 1967 год.

2. Монгуш Маскыржаповна Намдараа и дочь Урана Намдараа, в замужестве Даржаа. Тувинская АССР, Кызыл, 1978 год.

3. Очередные гастроли Тувинского музыкально-драматического театра по районам республики: привал на перевале. Первый слева во втором ряду в шляпе и черных очках – Олег Намдараа. В первом ряду слева направо: Галина Канчыыр-оол, Максим Мунзук, Дыртык Монгуш, Александр Лаптан, Ольга Ензак, Кара-кыс Мунзук, Мария Солун-оол. Тувинская АССР, Овюрский район. Конец шестидесятых годов двадцатого века.

4. Товарищи по театру. Слева направо Николай Олзей-оол, Олег Намдараа, Кара-кыс Мунзук, Михаил Шойгу, Иван Комбу, Максим Дакпай. Тувинская автономная область, Кызыл, 1945 год.

5. Деятели сцены у входа в старое здание Тувинского музыкально-драматического театра. В верхнем ряду слева направо: Олег Намдараа, Александр Тавакай, неизвестный, Иван Кудрин, режиссер Иван Исполнев, Василий Митряшкин, Фаина Дубовская, Алексей Дугур-оол, Борис Бады-Сагаан. В среднем ряду слева направо: Кара-кыс Мунзук, Любовь Севильбаа, Ольга Ензак, Екатерина Кенденбиль, Анна Лаптан, Хургулек Конгар, режиссер и актер Иван Забродин, Николай Кысыгбай. Сидят в нижнем ряду Чылбак-оол Мортай-оол, Дадар Намчыл, Дмитрий Дамба-Даржаа. Тувинская автономная область, Кызыл, 1956 год.

6. Река Алаш, возле которой в 1920 году родился Олег Намдараа и в детстве кочевал вдоль ее берегов вместе с родителями. Республика Тыва, Барун-Хемчикский район.

7. Первая страница первой трудовой книжки Намдараа.

8. Олег Дондукович Намдараа. На лацкане пиджака – значок члена Всероссийского театрального общества. С 1992 года эта общественная организация, объединяющая представителей театральных профессий, называется Союз театральных деятелей Российской Федерации. Тувинская АССР, Кызыл, 1968 год.

Мерген Намдараа, сын Олега Намдараа, преподаватель физики Тувинского агропромышленного техникума в селе Балгазын. Литературный редактор Надежда Антуфьева, antufeva@centerasia.ru

 (голосов: 8)
Опубликовано 21 августа 2016 г.
Просмотров: 5214
Версия для печати

Также в №25:

Также на эту тему:

Алфавитный указатель
пяти томов книги
«Люди Центра Азии»
Книга «Люди Центра Азии»Герои будущего
VI тома книги
«Люди Центра Азии»
Владимир Митрохин Арыш-оол Балган Никита Филиппов
Лидия Иргит Татьяна Ондар Екатерина Кара-Донгак
Олег Намдараа Павел Стабров Айдысмаа Кошкендей
Галина Маспык-оол Александра Монгуш Николай Куулар
Галина Мунзук Зоя Докучиц Алексей Симонов
Юлия Хирбээ Демир-оол Хертек Каори Савада
Байыр Домбаанай Екатерина Дорофеева Светлана Ондар
Александр Салчак Владимир Ойдупаа Татьяна Калитко
Амина Нмадзуру Ангыр Хертек Илья Григорьев
Максим Захаров Эсфирь Медведева(Файвелис) Сергей Воробьев
Иван Родников Дарисю Данзурун Юрий Ильяшевич
Георгий Лукин Дырбак Кунзегеш Сылдыс Калынду
Георгий Абросимов Галина Бессмертных Огхенетега Бадавуси
Лазо Монгуш Василий Безъязыков Лариса Кенин-Лопсан
Надежда ГЛАЗКОВА Роза АБРАМОВА Леонид ЧАДАМБА
Лидия САРБАА  


Книга «Люди Центра Азии». Том VГерои
V тома книги
«Люди Центра Азии»
Вера Лапшакова Валентин Тока Петр Беркович
Хажитма Кашпык-оол Владимир Бузыкаев Роман Алдын-Херел
Николай Сизых Александр Шоюн Эльвира Лифанова
Дженни Чамыян Аяс Ангырбан и Ирина Чебенюк Павел Тихонов
Карл-Йохан Эрик Линден Обус Монгуш Константин Зорин
Михаил Оюн Марина Сотпа Дыдый Сотпа
Ефросинья Шошина Вячеслав Ондар Александр Инюткин
Августа Переляева Вячеслав и Шончалай Сояны Татьяна Верещагина
Арина Лопсан Надежда Байкара Софья Кара-оол
Алдар Тамдын Конгар-оол Ондар Айлана Иргит
Темир Салчак Елена Светличная Светлана Дёмкина
Валентина Ооржак Ролан Ооржак Алена Удод
Аяс Допай Зоя Донгак Севээн-оол и Рада Ооржак
Александр Куулар Пётр Самороков Маадыр Монгуш
Шолбан Куулар Аркадий Август-оол Михаил Худобец
Максим Мунзук Элизабет Гордон Адам Текеев
Сергей Сокольников Зоя Самдан Сайнхо Намчылак
Шамиль Курт-оглы Староверы Александр Мезенцев
Кара-Куске Чооду Ирина Панарина Дмитрий и Надежда Бутакова
Паю Аялга Пээмот  
 
  © 1999-2017 Copyright ООО Редакция газеты «Центр Азии».
Газета зарегистрирована в Средне-Сибирском межрегиональном территориальном управлении МПТР России.
Свидетельство о регистрации ПИ №16-0312
ООО Редакция газеты «Центр Азии».
667012 Россия, Республика Тыва, город Кызыл, ул. Красноармейская, д. 100. Дом печати, 4 этаж, офисы 17, 20
тел.: +7 (394-22) 2-10-08
http://www.centerasia.ru
Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru