газета «Центр Азии»

Вторник, 28 марта 2017 г.

 

архив | о газете | награды редакции | подписка | письмо в редакцию

RSS-потокна главную страницу > 2011 >ЦА №42 >Невозможного нет

«Союз журналистов Тувы» - региональное отделение Общероссийской общественной организации «Союз журналистов России»

Самые популярные материалы

Ссылки

электронный журнал "Новые исследования Тувы"

Обслуживаем гарантию на холодильное оборудование Полаир круглосуточно. . ПТГО СЕВЕР - зонды типа Фогарти, купить оптом в Санкт-Петербурге. . Самая подробная информация http://www.bestsks.ru.

Невозможного нет

Люди Центра Азии ЦА №42 (28 октября — 3 ноября 2011)

Невозможного нетТридцать один год назад мама привезла одиннадцатилетнего сына в столицу Тувы. Привезла из далекого села Кунгуртуг, сокрытого от Кызыла горными кручами, реками, тайгой, перевалами и 490 километрами пути.

Поцеловала, дала на дорогу десять рублей, и мальчик отправился покорять большой мир. В этом мире он тысячи раз повторял среди зеркал одно и то же балетное движение, давал уроки танца в кирзовых сапогах, балансировал на проволоке.

Сегодня Аркадий Август-оол, рожденный в селе близ древней уйгурской крепости Пор-Бажын, живет и работает в столице Голландии Амстердаме. Он уверен: невозможного нет, достичь можно всего, и это зависит только от тебя самого.

Армия для маленьких детей

Невозможного нет– Аркадий, тебя сегодня с полным правом можно назвать человеком мира. Твои самые дорогие в этом мире места?

– Село Кунгуртуг – всегда на особенном, первом месте, потому что это – моя родина. Амстердам – потому что это город моей сбывшейся мечты о свободе.

А между ними – Фрунзе, сейчас он называется Бишкек – столица Киргизии. Для меня Фрунзе – больше, чем город, это целый мир, населенный дорогими воспоминаниями, место, где прошли детство и юность – прекрасная пора моего становления.

– Как кунгуртугский мальчик попал в киргизский город Фрунзе?

Невозможного нет– В этом заслуга моих родителей: Александры Степановны и Монгуша Канчыыровича Август-оолов. Все, чего мы, их дети, достигли, достигнуто только благодаря им. Было время, когда мы одновременно учились в разных городах: старшая сестра Тоня – в Иркутском сельскохозяйственном институте, брат Аверьян – в Барнаульском сельскохозяйственном институте, Людмила – в Кызыльском педагогическом институте, я – во Фрунзенском хореографическом училище.

Не знаю, как они умудрялись выкраивать деньги нам всем на проживание, пропитание и дорогу, а ведь из Кызыла в Кунгуртуг можно было добраться только на самолете. Только повзрослев, мы осознали, как непросто было нашим родителям содержать столько студентов. Но мы не знали никаких трудностей, хотя больших денег в семье не водилось: мама работала в торговле, мыла в школе полы, отец был бухгалтером совхоза «Тере-Холь». Мы порадовали их, все четверо получили образование.

В детстве мечтал стать летчиком, что не мешало мне устраивать дома сольные концерты из танцевальных номеров. Когда в Кунгуртуг приехал ансамбль «Саяны», меня особенно восхитил «Испанский танец» в исполнении Галины Сапоговой. Его я по памяти чаще других номеров и воспроизводил перед родными.

Поэтому мама Невозможного нетдолго не раздумывала, когда совершенно случайно узнала о наборе в балетную школу. Сказала, что буду учиться в большом городе, собрала чемодан, привезла в Кызыл, привела к женщине, сопровождающей во Фрунзе двух девочек, положила мне в карман десять рублей, поцеловала и попрощалась.

Я не боялся, наоборот – мне было дико интересно. Рисковал, так как опоздал на набор в Кызыле и ехал в училище на свой страх и риск третьим лишним. Но меня взяли, подошел по всем параметрам. Так в одиннадцать лет у меня началась другая жизнь.

В этой новой жизни я в белой майке и черных трусиках стоял среди таких же детей в огромном зале с большими зеркалами и каждый день по тысячу раз заучивал и повторял танцевальные движения, не понимая, зачем это надо. Но, продолжаясь изо дня в день, это незаметно становилось моей жизнью, и день без хореографии уже воспринимался как прожитый впустую.

– Особенности фрунзенского периода жизни?

– Строгая дисциплина, ранний подъем, чистота, порядок, собранность. Это была своеобразная армия для маленьких, только старшие младших никогда не обижали.

Нас приучали к самостоятельности и ответственности во всем. Утром заправляешь кровать, если дежуришь, протираешь в спальне пыль, воспитатель Невозможного нетпроверяет чистоту, и все идут на завтрак.

Учились и жили в одном здании, все – точно по расписанию. После урока математики или русского языка прибегаешь на переменке переодеваться на урок классического балета. Нашим первым и любимым педагогом по классическому танцу была Рыскуль Дюшюналиевна Дюшюналиева.

Через два урока бежишь переодеваться на урок народного сценического танца. После обеда – индивидуальные репетиции, постановка танцев, самоподготовка.

Самым любимым временем был свободный час, когда все собирались в комнате с телевизором и смотрели передачи, начало которых заранее отмечали в телепрограмме. Этот час нас объединял. Мы не просто смотрели мультики, фигурное катание, фильмы, но и обсуждали их, общались.

Сначала на нашем курсе было около ста детей из разных мест страны. Через год осталась половина. Не выдерживал и бросал учебу всего один процент – все хотели учиться и очень старались. Остальные сорок девять процентов не проходили жесткий отбор, когда два раза в год перед зимними и летними каникулами сдавали решающий экзамен. Оценок строгой комиссии ждали с ужасом и страхом.

– Неужели вы не позволяли себе никаких мальчишеских шалостей?

– Учащиеся нашего хореографического училища всегда были подтянуты и воспитаны, но я все же был немного хулиганистым, потому что как-то залепил жвачкой волосы одноклассницы Чойганы Санчай. Да так, что пришлось отстригать безнадежно склеившуюся прядь. Это был мой самый страшный проступок.

Кирзовый балет

– Дисциплина, самостоятельность, ответственность перешли из балетного училища и во взрослую жизнь?

– Абсолютно так. Наши педагоги учили: все должно быть вовремя. И я ни разу не опоздал на работу, ни на одну встречу.

Невозможного нетНо были и сложности: когда мы через восемь лет окончили училище, оказалось, что жизнь отличается от того мира, где нас воспитали и вырастили.

Мы были абсолютно не приспособлены к бытовым вопросам: не знали, как приготовить себе еду, как оплачивать счета за коммунальные услуги. Это было забавное сочетание, когда ты, очень самостоятельный и уверенный во всем, что касается профессии, в простых житейских вопросах представлял полный ноль.

– Как в Туве встретили дипломированных артистов балета?

– Начало было многообещающим. Из двадцати детей, приехавших из Тувы, училище в 1988 году окончили семь девочек и трое мальчиков: Чойгана Санчай, Влада Томур, Саяна Монгуш, Марьяна Монгуш, Марина Кол, Галина Сарыгбай, Чодураа Хаажык, Начын Наважап, Нил Комбуй-оол и я.

Половина наших была принята на работу в государственный ансамбль «Саяны». Другая, где оказался и я, – в балетную труппу Тувинского музыкально-драматического театра. Она была только что создана, и в ней работали выпускники хореографических училищ Фрунзе и Улан-Удэ: Любовь Суктерек, Чойгана Санчай, моя партнерша по танцу Айлана Чанзан с мужем Демир-оолом. Руководителем был Вячеслав Октябрьевич Донгак, балетмейстером – Галина Салчаковна Ензак.

Тогда все верили в то, что это – начало зарождения тувинского балета. У нас была очень красивая программа. Это были как отдельные концерты, так и балетные номера в смешанных концертах. Я исполнял все сольные мужские партии. Мы с Айланой танцевали «Седьмой вальс» Фредерика Шопена, отрывки из балета «Жизель» Адольфа Адана и «Дон Кихота» Жоржа Бизе. С Чойганой на День Победы исполняли трогательный номер «Воспоминание» на музыку Георгия Свиридова. Приятно, что его до сих пор помнят зрители.

Я столько надежд возлагал на новую взрослую интересную творческую жизнь! Но меня забрали служить в армию, и это трепетное чувство прошло.

Восемь лет учился искусству балета, чтобы два года маршировать в кирзовых сапогах в ансамбле песни и пляски Сибирского военного округа! Для артиста балета это – начало необратимого процесса потери профессии. Это касается и представителей других профессий. Например, и пианист, и хирург также вынуждены были два года служить и терять наработанный годами профессионализм.

Но у нас не было и мысли об отсрочке, о возможности откосить – как призывали, так и шли служить. Мы, дети советского времени, были очень послушны и верили в политику нашего государства, которому было видней. Я в армии в кирзовых сапогах преподавал урок классического танца танцевальной группе ансамбля песни и пляски Сибирского военного округа.

Когда вернулся из армии, наша балетная труппа уже была расформирована: не хватило сил и средств дальше развивать и поддерживать тувинский балет. Так что по своей специальности удалось поработать только год. Меня взяли в «Саяны», но и там выступать пришлось недолго – позвали в цирк.

Рискованный номер

– А как в жизни артиста балета появился цирк?

Невозможного нет– Случай. Мне выпала возможность связать свою судьбу с тувинским цирком благодаря тому, что Владимир Базыр-оолович, основатель цирковой династии Оскал-оолов, пришел на сборный концерт, где мы выступали вместе с его знаменитой невесткой Надеждой Красной, впоследствии Народной артисткой России и Тувы, и внучкой Долааной.

После концерта он подошел ко мне и пригласил работать к себе. Раздумывать было нечего, работать с живой легендой, нашим первым профессиональным артистом цирка – редкая удача. У меня до сих пор – чувство огромного уважения к Владимиру Базыр-ооловичу за его горение, за вклад в развитие тувинского цирка.

И в 1991 году я поехал за новой жизнью в Калининград, где тогда базировался цирк. Владимир Оскал-оол сказал: «Попробуем из тебя сделать артиста цирка, только придется учиться два – три года».

– В каком цирковом жанре ты работал?

– Наш номер назывался «Тувинские танцоры-эквилибристы и жонглеры на проволоке» и считался сложным и рискованным. Высота проволоки от пола – три с половиной метра, работали без страховки. Я сразу начал выходить на манеж, очень быстро – через полгода – научился работать на проволоке.

Выходили на манеж, исполняя танец орла, жонглировали, разыгрывали мини-спектакль, кульминацией которого были групповые трюки на проволоке, а также сольные выступления. Долаана была солисткой номера на проволоке.

Моим учителем стал Юрий Владимирович Оскал-оол. Я освоил танец на проволоке, но жонглирование оказалось мне не под силу, вернее, не моей стихией. Много и старательно репетировал, но все равно у меня что-то, да падало.

Наш цирк относился к Управлению Росгосцирка. Перестройка отразилась и на его работе. Некогда огромный, единый, живой организм стал распадаться на части. Трудное разделение происходило на наших глазах, и я, как и коллеги, все это переживал и жалел, что ломается старая налаженная десятилетиями система работы. Я не коммунист, но иногда думаю, что в советское время умели правильно направить работу в продуктивное русло: с заботой и о людях, и о стране.

Очень благодарен цирку, потому что научился новой профессии, подружился с разными прекрасными людьми, видел знаменитых артистов Олега Попова, Юрия Никулина и открыл для себя мир.

Впервые выехал с цирковой труппой за рубеж в 1992 году. И первой иностранной страной в моей жизни стала Голландия.

Начать другую жизнь

– Именно тогда ты так влюбился в Голландию, что решил там остаться?

– Наоборот, я тогда думал: «Скорее бы домой, в Россию». Очень скучал по своей стране.

Люди, когда впервые выезжают за границу, испытывают культурный шок, но не я. Да, там все было чудесно, необычно, не так как у нас, лучше, чем у нас. Но я за полгода ни к чему этому не привык – все это было не мое.

Особенно уставал оттого, что все кругом говорили на незнакомом мне языке. Даже не пытался разобраться в себе: почему не могу общаться, не стараюсь понимать, не предпринимаю никаких действий по преодолению языковой безграмотности. Только безудержно хотел домой, в привычную для меня среду.

На следующий год приехали работать в Бельгию, на полгода. Я уже был научен, знал, что меня может там ожидать, по мере сил готовился к жизни за границей: заранее учил язык, запасся словарем и ехал уже с другим настроем. И потихонечку начал понимать и принимать ранее чужую для меня страну, народ и жизнь.

С голландской стороной у нашего коллектива был контракт на пять лет. Когда второй раз приехали работать в Голландию, большая часть нашей цирковой труппы уже подходила к пенсионному возрасту. Они особо не волновались за будущее, после окончания работы в Голландии их ожидала пенсия в России.

Возник вопрос, а что буду делать я, какое меня ждет будущее? Решил заняться чем-то новым в Голландии: моему стилю жизни, складу ума, восприятию она подходила полностью.

Привлекал и более высокий уровень жизни по сравнению с Россией, и, как сегодня любят говорить, толерантность, уважение к людям иной национальности. Помните, к середине девяностых годов в российском обществе появилась ксенофобия, в крупных городах России остро встал межнациональный вопрос? После заграницы, где мое достоинство и мнение о себе не страдало, это переносилось тяжело.

Невозможного нет– Как к вашему выбору отнеслись близкие?

– У нас все решает мама, в семье – полный матриархат. Отец спокойный, немногословный, но мы знаем, как он нас любит. Не помню, чтобы он на нас сердился, повышал голос, зато мама могла отчитать и устроить выволочку, но за дело.

Мы уже взрослые, но для мамы – еще маленькие, и она, беспокоясь, по-матерински советует нам, как жить, поучает, забывая о том, что ее дети теперь сами могут отличить добро от зла, правду от обмана, знают, где были правы, а где нет.

Когда сообщил маме: «Наверное, я уеду жить за границу», она не одобрила моего решения, но в то же время дала возможность сделать свой выбор. Только спросила грустно: «Сынок, почему ты должен уезжать из своей страны?» Но для нее интересы ее детей всегда были превыше всего и, в конце концов, она сказала: «Делай, как тебе будет лучше».

Когда наш коллектив – Борис Таан-оолович Хертек, Елена Леонидовна Чадамба, их сын Демир, внук Владимира Оскал-оола тоже Владимир Оскал-оол, Юрий Владимирович Оскал-оол – отработал и уехал в Россию на зиму, я остался и уехал в курортный город Испании Бенидорм: работать в танцевальном шоу.

Начался сезон, тувинская труппа приехала в Голландию, я снова примкнул к нашим и работал с ними год. Это было в последний раз, потому что окончательно решил уйти из цирка и начать другую жизнь – в Голландии.

Окончание – в № 43 от 4 октября 2011 года.

Читайте в следующем номере в интервью Саяны Ондур с Аркадием Август-оолом:

  •  Другая жизнь в Голландии.
  •  Выход из неизбежной ностальгии.
  •  Если постараться, всего можно достигнуть.
  •  От штанишек для куклы до нарядов для трюков.
  •  Собачье счастье.
  •  Стать более терпимым.
  •  Чуждое нам поведение.

 

Фото:

1. Аркадий Август-оол: в гости – домой. Красноярский край позади, впереди – Тува. У въездного знака «Республика Тыва». Семьсот первый километр федеральной трассы М-54 Красноярск – госграница. 29 августа 2011 года.

2. На долгую память о Фрунзенском хореографическом училище. В первом ряду слева направо: Начын Наважап, Марина Кол, Чойгана Санчай, Нил Комбуй-оол.

Во втором ряду: Владлена Томур, Айана Шинжина, Анжела Чеконова, Аркадий Август-оол. Фрунзе, 1985 год.

3. Отец – Монгуш Канчыырович Август-оол – бухгалтер совхоза «Тере-Холь». Кунгуртуг,

середина шестидесятых годов ХХ века.

4. Кунгуртугский мальчишка. Тува, село Кунгуртуг, 1978 год. Через два года маленький Аркаша Август-оол покинет дом, чтобы стать человеком мира.

5. Весточка от младшего сына. Мама – Александра Степановна Август-оол – читает письмо

из Фрунзе. Кунгуртуг, 1981 год.

6. Татарский танец в исполнении тувинцев Аркадия Август-оола и Чойганы Санчай. Фрунзе, хореографическое училище, 1988 год.

7. Па-де-де из балета «Жизель» на сцене Тувинского муздрамтеатра. Аркадий Август-оол и Айлана Чанзан. Кызыл, 1989 год.

8. Маленькие солдаты армии балета: начало ученичества. Аркадий Август-оол – седьмой слева во втором ряду рядом с первым, и любимым, педагогом по классическому танцу Рыскуль Дюшюналиевой. Фрунзенское хореографическое училище, 1980 год.

Саяна ОНДУР

 (голосов: 10)
Опубликовано 29 октября 2011 г.
Просмотров: 25880
Версия для печати

Также в №42:

Также на эту тему:

Алфавитный указатель
пяти томов книги
«Люди Центра Азии»
Книга «Люди Центра Азии»Герои будущего
VI тома книги
«Люди Центра Азии»
Владимир Митрохин Арыш-оол Балган Никита Филиппов
Лидия Иргит Татьяна Ондар Екатерина Кара-Донгак
Олег Намдараа Павел Стабров Айдысмаа Кошкендей
Галина Маспык-оол Александра Монгуш Николай Куулар
Галина Мунзук Зоя Докучиц Алексей Симонов
Юлия Хирбээ Демир-оол Хертек Каори Савада
Байыр Домбаанай Екатерина Дорофеева Светлана Ондар
Александр Салчак Владимир Ойдупаа Татьяна Калитко
Амина Нмадзуру Ангыр Хертек Илья Григорьев
Максим Захаров Эсфирь Медведева(Файвелис) Сергей Воробьев
Иван Родников Дарисю Данзурун Юрий Ильяшевич
Георгий Лукин Дырбак Кунзегеш Сылдыс Калынду
Георгий Абросимов Галина Бессмертных Огхенетега Бадавуси
Лазо Монгуш Василий Безъязыков Лариса Кенин-Лопсан
Надежда ГЛАЗКОВА Роза АБРАМОВА Леонид ЧАДАМБА
Лидия САРБАА  


Книга «Люди Центра Азии». Том VГерои
V тома книги
«Люди Центра Азии»
Вера Лапшакова Валентин Тока Петр Беркович
Хажитма Кашпык-оол Владимир Бузыкаев Роман Алдын-Херел
Николай Сизых Александр Шоюн Эльвира Лифанова
Дженни Чамыян Аяс Ангырбан и Ирина Чебенюк Павел Тихонов
Карл-Йохан Эрик Линден Обус Монгуш Константин Зорин
Михаил Оюн Марина Сотпа Дыдый Сотпа
Ефросинья Шошина Вячеслав Ондар Александр Инюткин
Августа Переляева Вячеслав и Шончалай Сояны Татьяна Верещагина
Арина Лопсан Надежда Байкара Софья Кара-оол
Алдар Тамдын Конгар-оол Ондар Айлана Иргит
Темир Салчак Елена Светличная Светлана Дёмкина
Валентина Ооржак Ролан Ооржак Алена Удод
Аяс Допай Зоя Донгак Севээн-оол и Рада Ооржак
Александр Куулар Пётр Самороков Маадыр Монгуш
Шолбан Куулар Аркадий Август-оол Михаил Худобец
Максим Мунзук Элизабет Гордон Адам Текеев
Сергей Сокольников Зоя Самдан Сайнхо Намчылак
Шамиль Курт-оглы Староверы Александр Мезенцев
Кара-Куске Чооду Ирина Панарина Дмитрий и Надежда Бутакова
Паю Аялга Пээмот  
 
  © 1999-2017 Copyright ООО Редакция газеты «Центр Азии».
Газета зарегистрирована в Средне-Сибирском межрегиональном территориальном управлении МПТР России.
Свидетельство о регистрации ПИ №16-0312
ООО Редакция газеты «Центр Азии».
667012 Россия, Республика Тыва, город Кызыл, ул. Красноармейская, д. 100. Дом печати, 4 этаж, офисы 17, 20
тел.: +7 (394-22) 2-10-08
http://www.centerasia.ru
Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru