газета «Центр Азии»

Суббота, 25 мая 2019 г.

 

архив | о газете | награды редакции | подписка | письмо в редакцию

RSS-потокна главную страницу > 2010 >ЦА №51 >Экии, Башкы! Здравствуй, Учитель!

«Союз журналистов Тувы» - региональное отделение Общероссийской общественной организации «Союз журналистов России»

Самые популярные материалы

Ссылки

электронный журнал "Новые исследования Тувы"

Источник: http://www.krasnodar-live.ru/u-byistrova-est-shans-syigrat-protiv-zenita.html.

Экии, Башкы! Здравствуй, Учитель!

Люди Центра Азии ЦА №51 (24 — 30 декабря 2010)

(Окончание. Начало в № 50 от 17 декабря)

Первые уроки: что такое кукишка?

Экии, Башкы! Здравствуй, Учитель!– Регина Рафаиловна, как шестьдесят четыре года назад прошел ваш первый урок в школе – в тувинском классе?

– Прихожу в класс: «Давайте знакомиться. Меня зовут Регина Рафаиловна. Я по журналу буду вас называть, а вы вставайте и говорите: это я».

Начинаю вызывать, по слогам читая непривычные фамилии: «Делгер-о-о-л». Ученик встает: «Мен тыва кижи мен. Орустап билбес мен» – «Я – тувинец и не умею говорить по-русски».

Так проходит знакомство со вторым, третьим, четвертым. Вышла из класса, сижу в учительской, плачу.

Потом вспомнила нашего преподавателя педагогики, который говорил: чтобы найти общий язык с детьми, надо что-то хорошее – смешное или печальное – прочитать, вместе посмеяться или погрустить.

И черт меня дернул читать «Лошадиную фамилию» Чехова. Уж так выразительно читаю, а никакой реакции, полнейшая пустота в глазах. Не понимают.

Начала объяснять: «У генерала заболел зуб. У вас у кого-нибудь болели зубы?» Говорят: «Чок» – «Нет». Улыбнулись, и у каждого засверкали все тридцать два жемчужных зуба. Наверняка, тувинцы тогда не ели сахар и не знали, что такое зубная боль.

Тогда стала говорить, как генералу было больно. Как он мазал тем, этим, полоскал, грел. Всяко кривлялась перед ними, лишь бы только поняли.

Чтобы объяснить фамилии, в которых – весь юмор рассказа, позвала кого-то к доске, попросила нарисовать лошадь. Показываю на рисунок: «Это седло – Седельников. Это узда – Уздечкин. Это хвост – Хвостов». Уже стали заинтересованно смотреть и слушать.

Тогда по новой читаю рассказ и дохожу до конца: «… прибегает с конюшни и кричит: «Вспомнил, ваше превосходительство, вспомнил. Овсов его фамилия, Овсов!» «На-кося выкуси», – сказал генерал и показал Ивану Евсеичу кукиш».

И тут прозвучал вопрос: «Башкы, что такое кукишка?»

Я всю войну видела этот кукиш. Везде висели плакаты с портретом Гитлера, которому показывают огромный кукиш – фигу. И в этой фигуре из пальцев, вроде, ничего предосудительного не было. Недолго думая, я возьми да и покажи своим ученикам кукиш.

И тут такое началось! Девочки закрыли руками лица, мальчишки засмущались и отвернулись. Решила, что такая бурная реакция означает начало понимания, и радостно спрашиваю: «Будем писать изложение?» «Будем!»

И они мне написали: кто побольше, кто поменьше. Но слова «показал кукишку» написали все.

Очень довольная, хватаю их изложения, бегу в учительскую и, как знаменем, трясу работами детей в одной руке, а другой показываю спасительную кукишку: «Я победила! Меня поняли!»

Тут учительница Оюн Сереновна деликатно опустила мою руку с кукишем, отвела в уголок и тихонько сказала: «Никогда так больше не показывай. Это по-тувински очень нехорошее означает».

Поняв, о чем она мне толкует, я в ужас пришла и больше никогда эту фигуру из пальцев не показывала.

И поняла: надо все-таки знать культуру народа, с которым тебе предстоит работать.

Так что много я дров наломала в первые дни.

Формирование элиты – государственная задача

Экии, Башкы! Здравствуй, Учитель!– С нехорошим жестом все понятно, Регина Рафаиловна, а какое тувинское слово вы узнали первым?

– Первыми тувинскими словами для меня стали два: экии – здравствуйте и четтирдим – спасибо.

– С какими еще трудностями, кроме языкового барьера, столкнулась начинающая учительница русского и литературы в тувинской школе?

– Трудностей было множество. И не потому, что не хватало знаний, а потому что не было программ, учебников, норм оценок для преподавания русского и литературы тувинским школьникам.

Ночами писала конспекты по литературе, чертила таблицы по русской грамматике. При объяснении, если не могла найти картин, много рисовала на доске, широко использовала мимику, жесты.

Интуитивно, ощупью изобретала методическое колесо – открывала уже известное в науке, которой меня не учили.

Но мне повезло с учениками: в кызыльскую школу № 2 – первую среднюю тувинскую школу – отбирали самых одаренных и ярких детей из всех районов Тувы.

И педагогический коллектив в школе в 1946 году был хороший: Ооржак Сундуевич Хойлакаа – первый тувинец-математик с высшим образованием, Алексей Мокур-оолович Белек-Баир – специалист по родному языку, Ася Александровна Федченко – математик. Елизавета Ивановна Коптева, Виктор Иванович Пуговкин, Агриппина Константиновна Конгарова вели русский язык и литературу в пятых – седьмых классах, Григорий Васильевич Корнев преподавал физику.

Немецкому языку учила Ирина Коль, она приехала из Горького. Ученики при встрече радостно сообщали ей: «Анна унд Марта баден!», демонстрируя свое знание основополагающей при изучении немецкого фразы: «Анна и Марта купаются».

В этой школе и произошло мое профессиональное становление.

Экии, Башкы! Здравствуй, Учитель!– Вы, человек активной жизненной позиции, наверняка, не ограничивались только проведением уроков?

– Идеи били ключом. Вела при редакции газеты «Молодежь Тувы» кружок русского разговорного языка для взрослых, во все газеты писала статьи на литературные темы, особенно, если дело касалось юбилеев классиков, читала стихи со сцены Дома культуры, участвовала в комсомольских конференциях.

Как-то «на слабо» в пятидесятиградусный мороз вместе с учениками Шулуу Сатом, Кууларом Оргу, Иваном Салчаком на трое суток пошла в лыжный агитпоход по случаю выборов в Верховный Совет РСФСР.

Вела литературный кружок, где мы выпускали журнал «Улуг-Хемнин чалгыы» – «Волна Улуг-Хема». На его занятия приглашала Степана Сарыг-оола, Александра Пальмбаха, а когда приезжали поэты из Москвы, ловила их всех и водила туда.

Не стану утверждать, что это я развила таланты Юрия Шойдаковича Кюнзегеша, Монгуша Бораховича Кенин-Лопсана, Антона Каваевича Калзана, Бориса Баадановича Чюдюка, но в литературном кружке они занимались с удовольствием.

– Многие ваши ученики стали знаменитыми людьми – элитой тувинской интеллигенции. Наверняка, вы внесли свою лепту в их становление?

– Имею ли право сказать, что я, учительница-первогодок, внесла весомый вклад в становление своих учеников, ставших светилами тувинской науки, далеко превзошедшими своего учителя?

А ведь это доктора наук Юрий Лудужапович Аранчын, Шулуу Чыргал-оолович Сат, Александр Чайбарович Кунаа, кандидаты наук Антон Каваевич Калзан, Владимир Чолдак-оолович Очур. Хотя доктор исторических наук Монгуш Борахович Кенин-Лопсан многократно в печати утверждал, что это я научила их писать сочинения, глубоко анализировать литературные произведения.

Когда на восточном факультете Ленинградского университета было открыто тувинское отделение для подготовки ученых-тувиноведов и историков, туда были направлены два первых выпуска школы №2 – 1947 и 1948 годов. В будущем им предстояло стать преподавателями вузов, авторами учебников, научными работниками. Изучение, сохранение и развитие тувинского языка, изучение истории Тувы рассматривались как важная государственная задача.

Мои первые ученики, уехавшие в Ленинград, рассказали обо мне своему куратору Владимиру Михайловичу Наделяеву, и он прислал письмо. С тех пор у нас с ним возникла переписка и дружба.

Ребята прислали мне фотографию. Я ее бережно храню, на ней одиннадцать человек – студенты Ленинградского университета, выпускники школы № 2.

МОЙ ПЕРВЫЙ учебник

Экии, Башкы! Здравствуй, Учитель!– Обучая школьников, у кого вы учились сами?

– У Александра Адольфовича Пальмбаха, человека энциклопедических знаний, потрясающей работоспособности, сыгравшего выдающуюся роль в создании и внедрении тувинской письменности, написании и издании первых учебников.

Ученый и педагог такого масштаба, он был удивительно прост и доступен в общении, делился своими знаниями со всеми, кто хотел учиться, помогал всем тувинцам, увлеченным языком и литературой. Он постоянно советовал: «Пишите, записывайте. Придет время, вы откроете свои записи и поймете, как правильно поступили, сделав их».

Когда решила поступать в аспирантуру, поддержал и спросил: «Чем будем заниматься? Литературой или языком?» Ответила: «Языком». Он отвел меня в Москве в НИИ национальных школ АПН РСФСР и дал рекомендацию.

Но меня тогда в аспирантуру не приняли из-за того, что во время сдачи экзаменов родился сын, хотя до родов сдала иностранный и русский язык с методикой на пятерки, а через неделю после родов получила четверку по философии. Велено было явиться через год, когда сын подрастет.

Тогда Александр Адольфович предложил принять участие в написании учебника русского языка для четвертого класса тувинской школы. В 1948 – 1950 годах он руководил бригадой авторов и переводчиков учебников при тувинском постпредстве.

Я работала в Москве вместе с Полиной Ивановной Калиничевой. Она, тогда преподаватель Высшей партийной школы, до этого ряд лет работала в ученом совете Тувинской Народной Республики, а в 1943 году участвовала в создании и издании учебника русского языка для третьего класса тувинской школы.

Новорожденный сын – в одной руке, ручка – в другой. Так писала варианты разделов учебника, потом с Полиной Ивановной бурно обсуждали написанное.

Учебник русского языка для четвертого класса тувинской школы вышел в 1950 году, потом переиздавался. И все тувинские ребятишки, кому к 1950 году исполнилось десять лет, и последующие поколения, проходили через этот учебник.

– Учебник тувинского языка для четвертого класса тувинских школ в фиолетовом переплете, на котором стоит имя автора – Р.Р. Бегзи, удалось увидеть в республиканской библиотеке. Правда, только издания 1970 года. А более ранние издания просто так не выдают – только по особому разрешению, как очень большую историческую ценность.

Увлекшись учебником, вы все-таки не оставили мечты об аспирантуре?

– Все-таки поступила, а в 1952 году защитила кандидатскую диссертацию по теме «Методика преподавания русских местоимений в пятых – седьмых классах тувинской школы» – первое научное исследование по методике преподавания русского языка в тувинской школе, и стала первым кандидатом педагогических наук в Туве.

Александр Адольфович Пальмбах был оппонентом на моей защите.

– А вы считали, сколько всего вами написано учебников, программ и методичек?

– В списке научных работ – около сотни наименований. Это программы и учебники русского языка для тувинских школ и тувинского языка для русских школ, методические указания к ним и звуковое приложение.

Лексикографические работы – статьи к буквам «в», «г», «ф», «э», «ц» в тувинско-русских словарях, изданных в Москве в 1955, 1968 годах. Соавторство в русско-тувинском словаре для учащихся вторых – четвертых классов тувинской школы, изданных в Кызыле в 1993, 2001 годах.

Это и статьи по школьной и вузовской методике преподавания русского языка нерусским, рецензии и отзывы на авторефераты. А также концепция начального обучения тувинскому языку учащихся русских школ.

Тувинский – для русских

Экии, Башкы! Здравствуй, Учитель!– Регина Рафаиловна, расскажите о том времени, когда после принятия в 1990 году закона «О языках в Тувинской АССР» началось массовое обучение русских детей тувинскому языку. Вы ведь к этому имеете непосредственное отношение?

– Да. После принятия закона началось стихийное движение по обучению русскоязычных детей тувинскому языку – без книг, программ и учебников. Изучать тувинский язык стали и в обкоме партии, совмине, МВД, разных организациях.

Но оказалось, не так просто объяснить, что теплое слово «мама» по-тувински не просто «мама», а всегда чья-то: или моя – авам, или твоя – аван, или его – авазы. То, что по-русски подсказывается ситуацией или контекстом, по-тувински выражается грамматически: аффиксом принадлежности.

Никто не исследовал и не описывал тувинский язык как объект обучения говорящих по-русски. Все это требовало научного и методического решения. Я составила перечень ситуаций общения, слов, выражений, формул речевого этикета и стала подбирать к ним тувинские одежды. Но в тувинском языке богатейшая синонимика. Научишь ребенка отвечать на вопрос: «Адын кымыл?» – «Как твое имя?», а вдруг его спросят: «Сени кым дээрил?» – «Как тебя зовут?»

Однажды в разработке урока употребила для перевода вопроса «Сколько времени? Который час?» выражение «Каш шагыл?»

Учительница тувинского языка меня поправила, но не могла объяснить, почему тувинцы так не говорят, а говорят: «Каш шак ирги?»

А четвероклассница перевела это выражение на русский так: «Извините, пожалуйста, за беспокойство. Не могли бы вы сказать, который час?»

Вот что такое маленькая частица «ирги»!

– Раз все так сложно, может быть, говорящих на русском в принципе невозможно научить говорить по-тувински?

– Очень даже возможно. Мы как раз в начале девяностых над этим работали. Разработала концепцию начального обучения тувинскому языку учащихся русских школ. В ней предполагалось, что будет три этапа обучения тувинскому языку русских ребятишек.

Первый этап – начальные классы. Второй этап – средняя школа и третий этап – с восьмого класса. Концепция была одобрена нашим министерством образования.

Экии, Башкы! Здравствуй, Учитель!Составила тогда учебное пособие для чтения – полтора печатных листа, а министерству образования нечем платить типографии, хотя сигнальный экземпляр уже готов. Полтора года печатала уроки в детской газете «Сылдысчыгаш».

В 1993 и 1994 годах мои книжки «Мы учим тувинский язык» для второго и третьего классов были изданы тиражом 3000 экземпляров: первая– в черно-белом варианте, вторая – в цветном.

Два года ребятишки учили тувинский язык. До сих пор помню стишок, который сочинила тогда, дети читали его и одновременно показывали на свои руки, ноги, глаза и уши:

Холум, холум, холдарым,

Будум, будум, буттарым,

Карактарым бо-дур бо,

Кулактарым бо-дур бо.

Второй этап концепции разработали Галина Михайловна Селиверстова и Галина Седип-ооловна Базыр. Они издали учебники с пятого класса под названием «Оннуктер» – «Друзья».

А на третьем этапе никого не было.

– Бурная деятельность по изучению тувинского языка вскоре свернулась. Причиной стало отсутствие финансирования, не предусмотренного скоропостижным законом о языках?

– Проблема была не только в финансировании. Отсутствие деления на подгруппы – раз, неподготовленность учителей – два, невозможность создать в школе кабинеты тувинского языка – три.

В начале девяностых годов приходилось одновременно делать открытия в тувинском языке, разрабатывать программу и уроки, самой печатать их на машинке, нести в институт для размножения, собирать учителей у себя дома, обговаривать, что и как лучше объяснить, бежать к ним на уроки и начинать все сначала.

Да, еще в городском отделе образования объяснять, что детей в группе должно быть не больше двадцати, а то ничему не научатся, что нужен отдельный кабинет тувинского языка, а в нем – картинки, игрушки, магнитофон. Когда учим английскому, немецкому языкам, класс делим на подгруппы. А при изучении тувинского языка не было возможности этого делать.

Учителя приходили ко мне домой, за этим столом пили чай, обсуждали каждый следующий урок, звали меня «авай». Но когда на деле оказалось не все так просто, когда из-за перегруженности школ разделить классы на группы стало невозможно, да и выделить кабинет тоже, учителя тувинского языка стали чувствовать себя в школах людьми второго сорта.

Они приходили ко мне и говорили: «Башкы, у нас все это так ненадежно: то часы забирают, то другое. Где гарантии социальной защиты для нас?» Мне им ответить было нечего. Я и сама была не защищена – гонораров за эти учебники мне не платили.

Сложностей в изучении тувинского языка много. Тувинец, например, никогда не скажет «холумнар». Он скажет «холдарым» – «мои руки» и не ошибется никогда. Но как учителю объяснить русским учащимся, почему после «л» будет «д», а не «т» и не «н»? Этого они не могли. Мы пытались с Галиной Михайловной Селиверстовой просить спецкурс для студентов пединститута. Не дали, сказали, что и так часы ограничены.

И, к сожалению, все это так и ушло.

– Где сейчас можно приобрести ваши учебники «Мы учим тувинский язык»?

– Я думаю, их теперь уже нигде нет.

– А что сегодня без разговорников и словарей делать тем, кто хочет выучить тувинский язык?

– Разговорники были. Елизавета Боракаевна Салзынмаа писала разговорник, и он издавался. По-моему, Каадыр-оол Алексеевич Бичелдей тоже разговорник писал. И словари были, но они тоже давно не переиздавались. Так что действительно – трудности с пособиями для желающих говорить по-тувински сегодня есть.

В зеркале ДРУГОГО языка

Экии, Башкы! Здравствуй, Учитель!– С изучением тувинского языка русскими и говорящем только на русском молодым поколением тувинцев – проблема. А насколько хорошо сегодня тувинские выпускники средних и высших учебных заведений владеют русским языком, чтобы обучать ему детей?

– Я не рискну сейчас что-то говорить официально по той простой причине, что давно уже не была в школе. Но проблема с преподаванием есть, иногда прямо на улице ко мне подходят: башкы, а там-то русский язык преподают на тувинском. И люди уверены, что я и сейчас должна принимать какие-то меры.

Раньше проводилось очень много непродуманных действий. Ребятам внушали, что русский язык – великий и могучий, и только великому народу мог быть дан такой язык.

А, по сути, и тувинский язык тоже – и великий, и могучий. И противопоставлять их друг другу ни в коем разе нельзя. А надо наоборот – учить русскому в зеркале тувинского. И тогда все станет всем понятно.

Допустим, лисица рыжая, а по-тувински кызыл дилги – красная лиса. В тувинском и русском языках граница и между синим и зеленым цветами сдвинута по-разному.  

Помню, психолог проверял ребенка и спрашивал: «Трава какая?»

«Кок», – отвечал ребенок. И ребенок считался неразвитым, потому что психолог знал только одно значение слова «кок» – «синий». Как это так: трава – синяя?

А ребенок был совершенно нормальным, потому что «кок» у тувинцев и зелень, молодая трава, и синева – кок дээр, и седая голова – кок баш, и серый волк – кок бору.

Допустим, задается вопрос: «Как зовут твою бабушку?»

«Как – как? Кырган-авай – старая мама. А как же еще?» Имя бабушки и дедушки у тувинцев не принято называть.

И таких нюансов – масса. Их надо знать, их надо показывать. Надо знать не только все эти тонкости, но и народный этикет.

И это называется – этнокультуроведческий подход к обучению языку. Когда при обучении языку применяется этнокультуроведческий подход, тогда все утрясается и становится на место.

БУДУЩЕГО СУПРУГА УЧИЛА В восьмоМ классЕ

Экии, Башкы! Здравствуй, Учитель!– Давайте поговорим о семье. Самый «нестандартный» вопрос: как вы познакомились со своим мужем?

– А я его в восьмом классе учила. Придумала в школе № 2 учком – ученический комитет. Все учителя смеялись и говорили, что у нас администрация школы – это директор, завуч и учитель, прикрепленный к учкому.

Из нашего ученического комитета вышли знаменитые люди. Марк Оюн – заслуженный работник культуры Тувы, директор туранского Дома культуры, который назвали его именем еще при жизни Марка Мырцынмаевича. Василий Содунам – учитель, партийный работник. Иван Салчак – народный художник Тувы. Маадыр-оол Чымба – заместитель министра образования.

А ученик Доруг-оол Монгуш был председателем учкома. Очень дисциплинированный и организованный товарищ. Только кину идею – он ее уже реализует.

Когда вернулся после окончания МГУ, я была директором института усовершенствования учителей. Увидала его и быстренько мобилизовала на должность заведующего кабинетом родного языка. Через какое-то время он попросился в аспирантуру. После окончания аспирантуры мы с Доруг-оол Алдын-ооловичем Монгушем уже были вместе. Нашему браку – 49 лет.

– В таком случае, Регина Рафаиловна, проясните, пожалуйста: почему вы носите фамилию Бегзи?

– Это фамилия моего первого мужа – журналиста и писателя Донгака Одайсюрюновича Бегзи, фамилия моих сыновей – Александра и Алексея. С этой фамилией защитила диссертацию и тринадцать лет, до развода, под этой фамилией выходили мои книги. Поэтому при расставании решила ее сохранить.

Сохранились и наши дружеские отношения с бывшим мужем – до его кончины в 1971 году. И дружеские отношения с его дядей – писателем Степаном Агбановичем Сарыг-оолом.

– Где сейчас живут, чем занимаются ваши дети?

– Старший сын – Александр Донгакович – живет в Кызыле, ему уже 62 года. Он окончил Плехановский институт, работал министром экономики Республики Тыва. Невестка Надежда Николаевна – преподаватель английского языка в Тувинском госуниверситете.

Второй сын – Алексей Донгакович – юрист, живет в городе Тольятти. Его жена Светлана Николаевна преподает в Тольяттинском госуниверситете, пишет докторскую диссертацию. Дочка Елена Доруг-ооловна и зять Владимир Иванович живут в городе Буденновске. Мы с дочкой общаемся каждый день, благо, есть сотовая связь.

У меня четверо внуков и шесть правнуков. Недавно внучка Валя родила сына – моего младшего правнука.

Внук Сережа, когда служил в армии, очень трогательно писал: «Бабушка, пацаны говорят, что любви нет. Они ничего не понимают: любовь – такая большая!» Приехал и сразу женился на девочке, которая училась в восьмом классе, когда он в армию уходил. Сейчас у них растет сын.

Испытание Буденновском

Экии, Башкы! Здравствуй, Учитель!– Стоит услышать – Буденновск, как сразу вспоминается трагедия лета 1995 года, когда город захватили чеченские боевики. Семья вашей дочери уже жила там тогда?

– Да. Зять увез жену и двух детей-малышей в Буденновск, когда мой родной институт категорически отказал ему в прописке на нашей жилплощади.

Лена в 1995 году работала в военкомате. Когда началась стрельба, подъехал «ГАЗик», водитель забежал в здание: «Прячьтесь в убежище, на нас напали чеченцы!»

Но им очень повезло, потому что Басаев расстрелял находившуюся рядом баню, приняв ее за военкомат. Лена из бункера позвонила сестре мужа: предупредила о нападении и велела забрать с улицы детей.

А ее свекровь боевики с автоматами погнали вместе с другими к больнице. Она шла в самом конце и всю дорогу умоляла одного из них: «Сынок, отпусти меня, отпусти».

Он оттолкнул ее в сторону, она перевалилась через заборчик и спряталась в дровянике. Там в скрюченном положении просидела до вечера.

Я узнала о захвате города ночью – из телевизионных новостей. Кинулась звонить – Буденновск не отвечает. Потом каким-то образом дозвонилась до Кара-кыс Донгаковны Аракчаа, депутата Госдумы.

Она поехала в Буденновск: узнать как там, что. И только когда позвонила мне и сообщила, что с моими родными все хорошо, отлегло от сердца. Я ей так обязана.

То, что произошло в Буденновске – страшная трагедия, что уж тут говорить.

Единая государственная экзекуция

Экии, Башкы! Здравствуй, Учитель!– Вы в своих воспоминаниях в книге «Педагогическое образование в Туве» писали: «Власть всегда только обещает поднять учителей и врачей на небывалую высоту». Изменилось ли ваше мнение через семь лет?

– Нет, не изменилось. Сейчас, правда, что-то делается: учителям зарплату немного подняли и гранты президентские стали давать. Но мне не нравится министр образования России Андрей Александрович Фурсенко с его идеей единого государственного экзамена.

В каком-то журнале мне попалось очень остроумное название: «ЕГЭ – единая государственная экзекуция». Точно подмечено. Я тоже так считаю.

Когда читала вопросы ЕГЭ, у меня волосы дыбом вставали. Зачем все это придумано, совершенно непонятно. Сейчас что-то, кажется, собираются менять, даже заговорили о том, чтобы на экзаменах снова сочинения писали.

Да что говорить о Фурсенко – министр образования, который ни одного урока в школе не провел. Нормальный рост нормального руководителя – это как у Петра Александровича Морозова, которого глубоко уважаю. Потому что это человек, который окончил педагогический институт и поехал на край света – в Бай-Тайгу. Поработал в нескольких сельских школах, потом – заведующим районо. Какое-то время был заместителем министра и только после всего этого стал министром образования Тувы.

– А какой путь вам пришлось пройти до высокого звания народного учителя Тувы?

– За 57 лет трудовой жизни мне по решению партийных и советских руководящих органов несколько раз пришлось менять место работы и должности.

Сначала – школа. Когда окончила аспирантуру, летом 1952 года меня направили старшим преподавателем на кафедру русского языка в Кызыльский учительский институт.

Но в обкоме партии решили мое назначение переиграть. «Раз она кандидат педагогических наук, пусть поднимает Институт усовершенствования учителей, который уже два месяца сидит без директора», – сказал товарищ Тока.

С апреля 1952 по июнь 1959 года – директор Института усовершенствования учителей. В июне 1959 года переводят в пединститут. Сначала – на кафедру русского языка и литературы, потом – еще и заведующей кафедрой педагогики.

В 1963 году присвоили звание доцента. В 1966 году, имея на руках годовалую дочь, дала согласие на предложение ректора пединститута Хомушку Саинотовича Алдын-оола стать проректором по учебно-научной работе. Проработала проректором до марта 1969 года и с радостью вернулась на родной факультет.

В 1979 году ушла из института, работала заведующей Тувинской лабораторией национальных школ Минпроса РСФСР – до 1986 года.

Уйти на пенсию не получилось. В 1990 году стала доцентом кафедры русского языка института развития педагогического образования, бывшего ИУУ. До 2003 года работала научным сотрудником лаборатории «Билиг» при министерстве образования республики.

Я – не легенда, это – не про меня

Экии, Башкы! Здравствуй, Учитель!– О вас очень тепло отзывается тоже народный, только писатель Тувы – Александр Даржай, который был вашим студентом.

– Мы с ним дружим. Но Александр Александрович перебарщивает с комплиментами. На торжественном заседании по поводу восьмидесятилетия тувинской письменности в Доме правительства он выступал и сначала говорил, насколько ценен родной язык. А потом вдруг заявил: разрешите мне выразить благодарность такой и разэтакой моей великой учительнице Регине Рафаиловне Бегзи.

Меня кто-то дернул: «Встань». Встала и поклонилась.

– Из чего состоит ваш сегодняшний день?

– Увлекаюсь прессой. Дома – куча газет и журналов.

Мой замечательный муж Доруг-оол Алдын-оолович и сейчас работает – ведущим научным сотрудником сектора языка Тувинского института гуманитарных исследований. Он – кандидат филологических наук, заслуженный деятель науки Республики Тыва.

В свободное время мы вместе занимаемся гимнастикой для ума: чтобы мозги не засыхали, отгадываем кроссворды и сканворды.

– Вы уезжали в Туву на два года, а получилось – на всю жизнь. У вас никогда не возникала мысль вернуться домой – в Москву?

– Меня постоянно спрашивала мама, спрашивал брат: «Вернешься? Вернешься?» Отвечала: «Нет». Не было у меня мысли такой. Вработалась, вжилась в Туву, вложила в нее всю себя. И ни о чем не жалею.

Я – человек общественный. Всегда имела с десяток общественных поручений: комсорг, агитатор, руководитель агитколлектива, пропагандист, секретарь партбюро, член обкома профсоюза и так далее, и тому подобное.

Лет до семидесяти не пропустила в городе ни одного субботника и воскресника. Кызыл – наш город. Мы его украшали, заботились о нем и чувствовали себя его хозяевами.

Значит, звание почетного гражданина Кызыла вам присвоено по полному праву: вы работали на столицу Тувы не только на своем рабочем месте, но и совершенно бесплатно благоустраивали ее.

– И в этом нет ничего удивительного. В советское время бесплатная добровольная работа была нормой. Мы работали на стройках – выносили мусор, благоустраивали дворы на улице Калинина, озеленяли город.

Да еще как озеленяли! Только на улице Ленина мы, следуя вышестоящим указаниям, то сажали деревья по краям проезжей части, то выкапывали их и сажали по середине, а потом снова выкапывали и сажали по краям.

Экии, Башкы! Здравствуй, Учитель!– Какая из ваших многочисленных педагогических наград особенно дорога вам?

– Медаль Ушинского.

– Та самая медаль Константина Дмитриевича Ушинского, педагога девятнадцатого века, основоположника научной педагогики в России, награждение которой министерство образования России обязательно согласовывает с Российской академией образования?

– Та самая. Я очень дорожу ею. На медали выбито изображение Ушинского, и в нашей семье с этим был связан забавный эпизод. Зять, далекий от педагогики, как-то спросил у моей дочки: «Что это за бородатого мужика все время носит мама?»

Горжусь и тем, что мое имя занесено в книгу «Заслуженные люди ХХ века». А недавно – 10 декабря, на съезде народов, проживающих в Туве, вручили памятный юбилейный знак «65 лет Победы». Это порадовало.

– Регина Рафаиловна, вы чувствуете свою личную причастность к памятнику первым русским учителям, который был торжественно открыт в Кызыле в Год учителя – в 2010 году?

– Смешной момент: накануне открытия памятника – звонок по телефону. «Сегодня придем вас фотографировать». Удивляюсь: «Ребята, зачем?» «Потому что вам памятник ставят». «Какой памятник? Рановато что-то. Я, вроде, еще жива».

На самом деле, это памятник самым первым русским учителям, которые в двадцатые – тридцатые годы прошлого века сюда приехали. Не хочу присваивать чужой труд и чужую славу – в Туву приехала только в 1946 году.

Понимаете, первые русские учителя – это ведь не только те, кто приехал в Туву, а и те, кто родились и выросли здесь. Например, Вера Лукинична Ладанова из Кызыла, Елизавета Ивановна Коптева, родившаяся в Пий-Хемском районе. На открытии памятника 5 октября была и Любовь Петровна Салчак, в девичестве Шадрина, нашедшая здесь свою судьбу. Она тоже приехала, из Костромы.

Да, через мои руки прошли и шестилетки, и старшеклассники, и студенты, и учителя. Иногда оказывалось, что учила и детей, и внуков моих бывших учеников. Очень приятно, что и сегодня слышу приветливое: «Экии, башкы!», «Спасибо, башкы!»

Но то, что Регина Рафаиловна – прототип памятника русским учителям Тувы – это все сказки. Я – не легенда. Это – не про меня!

Фото Саяны Ондур, Владимира Савиных и из личного архива Регины Бегзи.

Интервью с Региной Бегзи войдет в четвертый том книги «Люди Центра Азии», который готовит редакция газеты «Центр Азии».

Четвертый том книги судеб выйдет в свет в марте 2011 года – к двадцатилетнему юбилею газеты «Центр Азии».

Фото: 2. Заседание педагогического совета в школе № 2. Кызыл, 1946-1947 учебный год.

3. Педагоги и старшеклассники школы № 2, воспитавшей тувинскую элиту. Разница в возрасте учителей и учеников – невелика. Регина Розенберг – четвертая справа в третьем ряду. Кызыл, 1947 год.

4. Выпускники кызыльской школы № 2, студенты тувинского отделения восточного факультета Ленинградского университета. Слева направо в первом ряду: Доржу Ондар, Монгуш Серин-оол, Зоя Арагачи, Лидия Уйнук-Кара.

Слева направо во втором ряду: Юрий Аранчын, Куулар Оргу, Монгуш Кенин-Лопсан, Александр Тогуй-оол, Алексей Делгер-оол, Шулуу Сат, Андрей Чычан-оол.

Ленинград, 1947 год. Фото отправлено в подарок учительнице Регине Рафаиловне.

5. Александр Пальмбах – создатель тувинской письменности, учитель первых поколений интеллигенции Тувы. На пароме – через Енисей. Даже на рыбалку – с портфелем. Кызыл, 1959 или 1960 год.

6. Преподаватели и студенты филологического факультета педагогического института в день выпуска. Регина Бегзи – третья справа в первом ряду. Кызыл, семидесятые годы.

7. Педагоги – коллеги по пединституту. Слева направо Евгений Скрипов,

Елена Веденеева, Елизавета Коптева, Регина Бегзи, Шулуу Сат, Анна Мазуревская. Кызыл, семидесятые годы.

8. Заседание ученического комитета. Учительница Регина Бегзи с учениками. Слева направо сидят: второй – Марк Оюн, пятый – Доруг-оол Монгуш, председатель учкома, будущий ученый и супруг своей учительницы, шестой – Василий Содунам, седьмой – Валерий Шаравии, восьмой – Иван Салчак, девятый – Маадыр-оол Чымба. Школа № 2, Кызыл, 1947 год.

9. Семья: Регина Рафаиловна Бегзи с супругом Доруг-оолом Алдын-ооловичем Монгушем, сыновьями Александром, Алексеем, дочерью Еленой. Кызыл, 1970 год.

10. «Кызыл – наш город. Мы его украшали, заботились о нем и чувствовали себя

его хозяевами».

Регина Бегзи в городском парке во время цветения черемухи. Шестидесятые годы.

11. Регина Бегзи на открытии памятника первым русским учителям Тувы: «Первые русские учителя – это ведь не только те, кто приехал в Туву, а и те, кто родились и выросли здесь». Кызыл, 5 октября 2010 года.

12. Памятник первым русским учителям Тувы. Кызыл. В день открытья – 5 октября 2010 года.

Беседовали Надежда АНТУФЬЕВА, Саяна ОНДУР

 (голосов: 11)
Опубликовано 25 декабря 2010 г.
Просмотров: 10800
Версия для печати

Также в №51:

Также на эту тему:

Алфавитный указатель
пяти томов книги
«Люди Центра Азии»
Книга «Люди Центра Азии»Герои
VI тома книги
«Люди Центра Азии»
Людмила Костюкова Александр Марыспаq Татьяна Коновалова
Валентина Монгуш Мария Галацевич Хенче-Кара Монгуш
Владимир Митрохин Арыш-оол Балган Никита Филиппов
Лидия Иргит Татьяна Ондар Екатерина Кара-Донгак
Олег Намдараа Павел Стабров Айдысмаа Кошкендей
Галина Маспык-оол Александра Монгуш Николай Куулар
Галина Мунзук Зоя Докучиц Алексей Симонов
Юлия Хирбээ Демир-оол Хертек Каори Савада
Байыр Домбаанай Екатерина Дорофеева Светлана Ондар
Александр Салчак Владимир Ойдупаа Татьяна Калитко
Амина Нмадзуру Ангыр Хертек Илья Григорьев
Максим Захаров Эсфирь Медведева(Файвелис) Сергей Воробьев
Иван Родников Дарисю Данзурун Юрий Ильяшевич
Георгий Лукин Дырбак Кунзегеш Сылдыс Калынду
Георгий Абросимов Галина Бессмертных Огхенетега Бадавуси
Лазо Монгуш Василий Безъязыков Лариса Кенин-Лопсан
Надежда ГЛАЗКОВА Роза АБРАМОВА Леонид ЧАДАМБА
Лидия САРБАА  


Книга «Люди Центра Азии». Том VГерои
V тома книги
«Люди Центра Азии»
Вера Лапшакова Валентин Тока Петр Беркович
Хажитма Кашпык-оол Владимир Бузыкаев Роман Алдын-Херел
Николай Сизых Александр Шоюн Эльвира Лифанова
Дженни Чамыян Аяс Ангырбан и Ирина Чебенюк Павел Тихонов
Карл-Йохан Эрик Линден Обус Монгуш Константин Зорин
Михаил Оюн Марина Сотпа Дыдый Сотпа
Ефросинья Шошина Вячеслав Ондар Александр Инюткин
Августа Переляева Вячеслав и Шончалай Сояны Татьяна Верещагина
Арина Лопсан Надежда Байкара Софья Кара-оол
Алдар Тамдын Конгар-оол Ондар Айлана Иргит
Темир Салчак Елена Светличная Светлана Дёмкина
Валентина Ооржак Ролан Ооржак Алена Удод
Аяс Допай Зоя Донгак Севээн-оол и Рада Ооржак
Александр Куулар Пётр Самороков Маадыр Монгуш
Шолбан Куулар Аркадий Август-оол Михаил Худобец
Максим Мунзук Элизабет Гордон Адам Текеев
Сергей Сокольников Зоя Самдан Сайнхо Намчылак
Шамиль Курт-оглы Староверы Александр Мезенцев
Кара-Куске Чооду Ирина Панарина Дмитрий и Надежда Бутакова
Паю Аялга Пээмот  
 
  © 1999-2019 Copyright ООО Редакция газеты «Центр Азии».
Газета зарегистрирована в Средне-Сибирском межрегиональном территориальном управлении МПТР России.
Свидетельство о регистрации ПИ №16-0312
ООО Редакция газеты «Центр Азии».
667012 Россия, Республика Тыва, город Кызыл, ул. Красноармейская, д. 100. Дом печати, 4 этаж, офисы 17, 20
тел.: +7 (394-22) 2-10-08
http://www.centerasia.ru
Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru