газета «Центр Азии»

Суббота, 21 октября 2017 г.

 

архив | о газете | награды редакции | подписка | письмо в редакцию

RSS-потокна главную страницу > 2001 >ЦА №5 >Алексей Ооржак: Театр – это идеальное место, где органично связаны культуры всех народов

«Союз журналистов Тувы» - региональное отделение Общероссийской общественной организации «Союз журналистов России»

Самые популярные материалы

Ссылки

электронный журнал "Новые исследования Тувы"

Алексей Ооржак: Театр – это идеальное место, где органично связаны культуры всех народов

Люди Центра Азии ЦА №5 (26 января — 1 февраля 2001)

Алексей Ооржак: Театр – это идеальное место, где органично связаны культуры всех народовПомню, когда я была ма­лень­кой, папа с мамой при­ве­ли меня в наш театр на ново­год­ний утренник. Все мы, дети, бы­ли в карна­вальных костю­мах и прини­мали активное учас­тие в уди­вительно ска­зоч­ном пред­­ставлении. Я так ве­­ри­ла, что с нами живые и «всам­делишные» Дед Мороз, Сне­гурочка, Баба-Яга, дру­гие ска­зочные персонажи. Впе­чат­­ление от всего увиден­ного бы­ло непере­да­ваемое. Сей­час, когда я уже стала взрос­лой, хожу в театр с огромной ра­дос­тью и всегда вспоми­наю то свое первое посеще­ние, после которого я полю­би­­ла этот прекрасный Дво­рец те­атрального искус­ства, в ко­тором Его Вели­чество Ак­тер при­нимает гос­тей-зри­телей сно­ва и снова и каждый раз в новом образе.

Театр. Поднимается зана­вес. Глаза зрителя устрем­лены на сцену, где идет теат­ральное действо. Его не видит зритель, ког­да идет спек­­­такль. Он, стоя за кули­сами, отчаянно пережи­ва­ет за все, что проис­ходит на сцене: «Эх, здесь нужно было по-другому сыграть!», или так за­быва­ется, что начинает смея­ться вместе со зри­телями. Пос­ле спектакля для него нет ниче­го дороже слов благо­дарности и апло­дис­ментов. С театром его связывают 22 года жизни. Он мечтает сделать еще мно­жество постановок: от зару­беж­ных и рус­ских клас­сиков, та­ких, как Уильям Шекспир и Иван Тургенев, до народного фольклора.

Я говорю о глав­ном режис­сере Тувин­ского музыкально-дра­мати­ческого театра, Че­ло­­ве­ке Года-99, в номинации «Те­атр» Алек­сее Ооржа­ке. Его постановки объеди­нены общей идеей – заста­вить за­­ду­маться зрителя над тем, что волнует каждого человека, неза­висимо от того, поста­новка ли это произ­ведения ту­винского, бу­рят­ского, япон­с­кого автора или русского клас­­си­ка.

– Алексей Кара-ооло­вич, когда вы сыг­рали свою первую роль?

– У меня была пре­крас­ная учительница литературы в Кы­зыл-Мажалыке – Елиза­ве­та Аверьяновна Тас-оол. Наш класс поста­вил спектакль по про­­изведению Александра Сер­геевича Пушкина «Сказка о попе и о работ­нике его Балде», по-моему, это было в пятых-шес­тых классах. Главные ро­ли доста­лись мне и Сер­гею Мон­гушу (прим.: Сергей Монгуш – министр внут­ренних дел рес­публики). Я сыграл роль Балды, а он – попа. Не знаю почему, но девчонки из нашего клас­са отка­зались иг­рать в спектакле, так что даже роль попадьи сыграл мальчик.

– А когда во­з­ник­ло жела­ние свя­зать свою жизнь с те­ат­ром?

– Вот этот детский спек­такль был моим пер­вым при­косно­вени­ем к театру. На­верное, судьба ме­ня направ­ляла сама, но по­нимание, что я не могу жить без театра, при­шло на­много позже, тогда, ког­да я уже нес­колько лет про­ра­­ботал в театре. Я помню, рань­ше к нам в Кызыл-Мажа­лык часто приезжал театр, он тог­да часто гастролировал. Мы с маль­чишками всегда ста­рались попасть на спек­так­ли, бывало даже, если денег нет на билет, то старались по­мочь артис­там затащить ящи­ки с рек­ви­зитами, еще чем-то по­­мочь, то есть всеми прав­дами и не­правдами. Ино­гда нас не пропускали. Тог­да мы бе­гали вокруг клуба, шуме­ли, в общем, специаль­но ме­ша­­ли – так про­яв­ляли свой гнев пра­ведный. А когда ока­зы­ва­лись там, то всегда ста­ра­лись про­тис­нуться вперед к аван­сцене. Такая давка вок­руг, а мы сто­яли в одежде, потные, в не­выносимой тес­ноте, духо­те, но, тем не менее, наб­людали с огромным ин­те­ресом за про­исходящим на сцене до са­мого конца.

В детстве на меня сильное впе­­чатление произвел спек­такль «Аленький цветочек» по сказ­­ке Сергея Тимофеевича Ак­са­кова, осо­бен­­но тот мо­мент, ког­да происходит удиви­тель­­ное превращение чудо­ви­ща в человека. Когда мы учи­лись в 7 классе, к нам в школу на прак­тику приехала одна учи­тельница, к сожа­лению, не помню ее имени, которая учи­ла нас азам те­атрального ис­кусст­ва. Конечно, я это понял тог­да, когда учился в те­а­т­ральном училище. Есть такая сис­тема в театральном ис­кусстве для развития па­мяти – беспред­метное вос­произ­ве­де­ние физических дей­ствий. И вот, она нас учила, напри­мер, тому, как без но­жа и кар­то­феля нуж­но чис­тить карто­фель: вот так, так (по­­ка­зывает, как чистит кар­тошку). Потом у нас в шко­ле были само­де­ятель­ные кружки, где мы пели, танце­вали. За­таскивали нас ту­да силком, это было в стар­­ших классах, когда ин­те­­ре­сы у нас были совсем дру­­гие – фут­бол, а тут нуж­но с ка­кими-то дев­чон­ками петь и танце­вать, ду­мали: «Зачем это?».

ВАлексей Ооржак: Театр – это идеальное место, где органично связаны культуры всех народовообще, то время было ро­­мантическое: приезжали ге­о­ло­ги, строи­тели, студенты из Моск­вы, Ленинграда, Куй­бы­­ше­ва, жизнь кипела, шло стро­и­те­льство дороги Ак-До­вурак – Аба­за, мы с ребя­тами хо­ди­ли в походы, учас­твовали в тур­сле­тах. Я хорошо помню пес­ню того времени (поет): «А я еду, а я еду за туманом...». Вот такое бы­ло инте­ресное вре­мя. Потом воз­ник во­прос: куда пой­ти учить­­ся? В пед­институт мне не хоте­лось, очень хо­тел стать гео­ло­гом, но по конкурсу я бы точ­­но не прошел: по хи­мии – трой­ка, по ма­тематике – тройка, я знал свои воз­мож­нос­­ти.

– Мечты у вас, ока­­зывается, бы­ли о совсем другой про­­фессии, но как же вы все-таки по­сту­пили в те­а­траль­­­­ное учили­ще?

– Сейчас я рас­скажу, как это вышло.

Пос­ле окончания шко­­­лы я отправился с геоло­ги­ческим отря­дом на два месяца в горы. Воз­вра­тив­шись, рабо­тал в клубе район­ного от­дела культуры. Помню, рабо­тая там, мы агит­бригадой в пять-шесть чело­век выез­жали с раз­вле­ка­тельной прог­раммой на ча­банские сто­ян­ки, полевые станы. А в 1969 году наш Кы­зыл-Мажа­лыкс­кий на­род­ный театр при­ни­­мал учас­тие в смотре народ­ных те­атров Ту­вы, который про­ходил на сцене музы­каль­но-драма­тического театра – сей­час это ны­неш­няя филар­мония. Осенью 1969 года я сыг­рал роль пожилого чело­века в спек­так­ле «Душ­­тук» по про­изведению Кы­зыл-Эника Кыр­­гысовича Кудажы.

Через некоторое время я по­шел в армию, служил в Мон­голии. У нас в воинской части бы­ла вокально-инстру­мен­таль­ная группа. Когда они узнали, что я работал в клубе, то взяли меня к себе. У ребят из этой группы бы­ли ну прос­то «золо­тые руки»: гитары мас­те­ри­ли са­ми. Сол­да­там не раз­ре­ша­лось ходить в уволь­­нитель­ные, но это не рас­прост­раня­лось на нашу груп­пу, и мы выс­тупали с кон­цер­­тами в горо­де. Вот та­кая от­ду­шина была в на­шей части. От­­­служив два го­да вернулся в Кы­­­зыл-Мажалык и про­должил ра­бо­ту в клубе.

В сАлексей Ооржак: Театр – это идеальное место, где органично связаны культуры всех народовере­ди­не июля 1973 го­да к нам при­еха­ли выпускники Кы­­­зылской ак­терс­кой сту­дии со своим дип­лом­ным спектаклем, от ко­торых я узнал, что через столько-то дней в Кызыле будет про­ходить набор в те­атраль­ное училище имени Бориса Ва­силь­е­вича Щу­кина. Я даже представления не имел, где нахо­дит­ся это училище. Они меня все же за­инте­ресовали, так как гово­рили они об этом чуть ли не постоянно, да еще так эмо­ци­онально. Все-таки ар­тисты, и все хотели туда по­ступить. Я узнал об этом училище у на­­ше­го режис­сера народ­но­го театра Зои Хо­мушку, она мне сказала: «Алеша, это очень хорошее учи­ли­ще, пос­тупай обяза­тель­но!» Уз­нал у этих ребят из Кызыла, что для того, что­бы по­ступить в теат­раль­ное учи­лище, необ­хо­димо знать на­изусть сти­хотворение, бас­ню, про­заи­ческое про­изве­дение или мо­нолог, а также спеть и стан­цевать.

И вот, взяв немного де­нег у родителей, я по­ехал по­с­тупать в Щукинское те­ат­раль­ное училище. Вы­учил отрывок из рассказа Мак­сима Горь­кого «Дан­ко», сти­хотво­рение Алек­сандра Пушкина «Арион» и ту­винс­кую бас­ню. Все, что не успел выучить дома, до­учивал в автобусе по доро­ге в Кы­зыл. Не помню, где пе­ре­но­чевал в Кызыле, по-мо­ему, на вокза­ле, родс­твенников у меня тогда здесь не было, ну а ут­ром пошел сдавать экза­мен. Первый тур я прошел, и всех, кто прошел пер­вый тур, опре­делили в общежитие. По­том прошел второй тур, третий – и поступил.

– Кто еще из Тувы с вами тогда  учился в те­ат­ральном учи­лище?

– Это известные в Туве лю­ди, такие как заслуженные артистки рес­пуб­лики Галина Мун­­зук, Зоя Байыр-оол, народный ар­тист рес­пуб­лики Алек­сандр Салчак, наш ми­нистр культуры Чылгычы Он­дар, Виктор Наксыл и другие.

– ААлексей Ооржак: Театр – это идеальное место, где органично связаны культуры всех народов профессия вашей супруги, Раисы Мон­гушев­ны, связана каким-то обра­зом с искусством?

– Совсем нет. Раиса Мон­гушевна ра­ботает теле­фо­нисткой на междугородней те­лефон­ной станции, а вот дочь решила свя­зать свою судьбу с театром: она учится в Санкт-Петер­бургской акаде­мии те­а­траль­ного ис­кус­ства.

– Преемственность?

– О чем вы говорите, мы с суп­ругой были против ее пос­тупления в эту ака­де­мию!

– Почему?

– Вообще так по­лу­чилось, что она еще с детского садика при­­ни­­мала активное учас­тие в утренниках. Я люблю свою про­фес­сию, люблю те­атр, но я знаю, что это за адский труд. Я знаю, сколько при­хо­дится тратить вре­мени, сил и нервов. И потом, она девочка, кото­рая го­то­­вится стать матерью, ко­то­рая долж­на боль­ше времени уде­лять семье и детям. Как мы не сопро­тив­лялись, ее стрем­ление выража­лось в одном: «Хочу в театр!». После этого мы не стали убе­ждать ее в об­ратном – это был ее выбор.

– Расскажите, пожа­луйста, как вы позна­ко­мились с Раисой Мон­гу­шевной?

– Это было на дне рож­дения ее по­други. Позна­ко­ми­лись, понравились друг другу, стали встречаться.

– А как вы ей сделали пред­ло­жение?

– (Смеется) В об­щем-то, никакого пред­ложения не бы­ло. Ходили, хо­ди­ли вместе и, на­ко­нец, пришли. Все по­лучилось самАлексей Ооржак: Театр – это идеальное место, где органично связаны культуры всех народово со­бой. Тем более и возраст у нас был уже серьез­ный: нам было по 25 лет. Все было так, как и сей­час: зна­комство наших род­ных, ее роди­те­ли, родственники при­ехали к моим родным в Кы­зыл-Ма­жалык, их угощали ба­ра­ниной, наливали ту­винс­кий чай, ара­ку. В об­щем, все прошло нор­­мально.

Потом рас­пи­сались, в 1980 году 17 мая, как раз мы оба были в отпуске. На следую­щий день после свадьбы мне нуж­но было уезжать на кино­съемки. Оставил ее со всем на­шим состо­янием: три ковра, ко­то­рые нам пода­рили на свадь­бу, кровать и два на­ших чемо­дана, ее и мой.

Дочь учится, и сейчас в основ­ном дома вдвоем с женой си­дим. А бывает и так, что, сидим так день, второй, третий, а на чет­­вертый обязательно кто-ни­будь из род­ственников при­ез­жает из района. И она, и я, мы ведь вы­росли в больших се­мьях.

– Алексей Кара-ооло­вич, расска­жи­те о вашей боль­шой семье, в кото­рой вы выросли.

– Мои родители, Кара-оол Аймыр-ооло­вич и Дуран До­гуж-ооловна, были такими же ро­дителями, как и у всех, лю­бящими и заботливыми. Кро­ме того, они были трудо­го­­ликами. Отец работал в райо­ном пот­ре­бительском об­ществе зав­складом и в ма­га­зине про­давцом тоже рабо­тал, а мать ра­бо­тала швеей. Всю свою жизнь она провела с иголкой в руках, обшивала род­ных, знакомых, никому не от­ка­зы­вала. Мама шила такие кра­сивые вещи, я, помню, что помогал ей что-то по­роть, шить, кроить.

Отец был очень начитанным че­ловеком, умным. Знаете, у нас дома было много ге­ог­ра­­фических карт, все раз­ные, бо­ль­шие и кра­сивые. Так вот, ког­да приходили друзья отца, они горячо обсуждали те или иные события, проис­ходящие в мире, затем они раз­вора­чи­вали какую-ни­будь кар­ту, и, склонясь над ней, о чем-то горячо спо­рили, и каж­дый от­стаивал свою точку зре­ния.

У нас в Алексей Ооржак: Театр – это идеальное место, где органично связаны культуры всех народовсемье было девять де­тей, двое из ко­торых прием­ные. Я понимаю, насколько слож­­но было им воспитать нас, по­ставить на но­­­ги и ввести во взрослую жизнь. Я им бес­ко­­неч­но благодарен за то, что они меня вы­растили, про­яв­ляли всегда помощь, заботу и любовь.

– И кем они видели вас во взрослой жизни?

– Мать почему-то хотела, чтобы я стал сапожником или фото­графом. А отец однаж­ды, читая газету, увидел объявление о при­еме моло­дых людей в ан­самбль «Чечек» (прим.: сейчас это ансамбль «Са­яны») и сказал: «Але­ша, может быть, ты пой­дешь в этот ан­самбль?».

– Но судьба распо­ряди­лась не­много иначе, хоть вы и связали свою жизнь с искусством, работать вы на­чали в театре актером.

– Да, сначала я работал ак­те­ром. Как ак­тер я про­бовал се­бя не только в театре, но и в кино: в 1974 году в кино­филь­ме «Танец орла» в роли Эре­са, в 1979 году снялся в филь­ме «Последняя охота» в роли молодого охот­ника Гэ­маль­кота. Затем в 1980 году я снялся в фильме «Берем все на себя» в роли десант­ника Мун­ко и в 1991 году сыграл роль бедня­ка Чан­чыка в филь­ме «Шесть­десят беглецов».

– А когда вы начали зани­маться по­ста­нов­ками? По-моему, ваша пер­вая пос­тановка бы­ла в теат­раль­ной сту­дии «КузАлексей Ооржак: Театр – это идеальное место, где органично связаны культуры всех народовел», которую вы органи­зовали с вашими сокурсниками по Щу­­кинс­кому училищу.

– Постановками я начал за­­ниматься в 1984 году в му­зы­кально-драматическом те­а­т­­ре, после окончания выс­ших те­атральных курсов в Госу­дарственном ин­ституте теа­траль­­­­ного искусства име­­ни Ана­­толия Ва­силь­­е­вича Лу­­начарс­кого под ру­ко­водством на­род­ного ар­тиста СССР Андрея Алек­­­­сан­дровича Гонча­рова.

Когда я приехал в Москву на высшие те­ат­­ральные курсы, зашел к Татьяне Ки­рил­ловне Коп­тевой, руководителю кур­са по теат­раль­ному учи­­лищу имени Щукина – за­ме­ча­­тель­ная жен­щи­на, удиви­тель­но доб­рая. Она у меня тогда спро­сила: «К кому ты по­­пал, Алеша?» Я го­во­рю: «К Ан­д­рею Алек­­сан­дровичу Гон­чарову». Она меня поздра­вила и ска­зала, что у ме­ня отличный препо­да­ватель, та­­лантливый режис­сер. И действи­тель­но, это уди­­ви­тельный человек. На заня­тиях он нам расска­зывал инте­­ресные истории из его жизни, мог увлечь так, что забывали обо всем. А как Андрей Алек­­сандрович зара­зительно сме­ял­­ся на репе­тициях спектакля «Агент 001» по про­изве­де­нию Ген­риха Бо­ровика в театре име­ни Ма­я­ков­ского! На сце­не Наталья Гунда­ре­ва выде­лы­вала такие но­мера, приго­варивая: «Может так, Андрей Алек­сандрович, а может так?». Он ухахаты­вался так, что нам не засме­яться было сложно. Я при­обрел его «Режис­серские тет­ради». Это моя настольная книга.

А театральную студию «Ку­зел» мы с сокур­сниками орга­низовали позже, в 1988 году (прим.: все в этом театре-студии дела­лось свои­ми руками: декорации, костю­мы, грим и так да­лее от вах­тера до режиссера).

– Кем Алексей Ооржак: Театр – это идеальное место, где органично связаны культуры всех народоввы являетесь для акте­ров: строгим наставни­ком, другом или добрым отцом?

– (Смеется) Этого я не знаю. Я всегда ста­­раюсь найти индивидуальный под­­­ход к каж­­дому, стараюсь увлечь их, где-то пошу­тить, где-то рассказать анекдот, ста­раюсь хвалить: «Правиль­но сыграл, молодец. А как ты ду­маешь, что если сыг­рать по-дру­гому, давай, поп­робуем, да­вай, посмотрим что полу­чит­ся?». После таких слов он уже чувствует свою зна­чи­мость, пробует свои воз­можности и так, и по-другому. Иногда я, бывает, кричу: «Не­ужели нель­зя запомнить текст? Это ведь не так труд­но!». А в поста­новке «Жен­щина в песках» япон­­ско­го автора Кобо Абэ, кото­рая была по­ка­за­на в новом театральном се­зоне, я играю роль Ники Дзюм­пэй. Думал, что хорошо ее выучил, но на ре­петиции ка­кой-то момент забыл. После это­го я пожа­лел, что срывался иногда из-за это­го на ак­те­ров – сам ведь оказался в такой ситуации.

– Все, кто принимает участие в поста­новках, вкладывают час­тичку души в свою работу, это и акте­ры, и художники-поста­новщики, и деко­ра­­торы, и костюмеры, и гри­меры. Но скажите, по­жа­луйста, Алек­сей Кара-оолович, какие проблемы на се­год­няш­­ний день все-таки есть в театре?

– (Смеется) Согла­си­тесь, без проблем жить бы­ло бы скучно. Русская пословица гласит: «Голь на выдумки хитра!» Ког­да че­­ловек само­достаточен, ему ни­чего не нужно, он ни к чему не стремится, а ког­да ему чего-то остро не хватает, он начинает ме­тать­ся, искать выход из по­ложения. Раньше нам «свер­ху» спус­кали репер­ту­ар, говорили, на­при­мер: «Что это за спек­такль? Уб­рать!», или: «А вы разве не зна­ете, что в сле­дующем году юби­лейная дата то­го-то? Почему это не от­ра­жено в репертуаре?». Но рань­ше и закла­ды­вали все расходы на мате­риалы рек­визита, ма­те­­риалы де­ко­рации, бен­зин и так да­лее, но это кануло в ле­ту. Мы не ду­мали ни о чем дру­гом, как то­ль­ко о том, как хо­рошо сыграть.

Сейчас же мы вы­­нуждены выживать, эко­номить бук­вально на всем – тре­бование на­ше­го су­ро­вого време­ни. И каж­дый артист те­­перь знает, что поми­мо твор­чества су­щест­ву­ют дру­гие вещи, ко­то­рые помогают жить и тво­рить. Конечно, мно­го­го нам не хва­тает, фи­нансирование – глав­ная проблема, и я уве­рен, что эта проблема не только нашего те­атра, но и мно­гих других театров Рос­сии. В от­ве­те перед зрителем только мы сами, в от­вете за то, как мы ма­те­риально, тех­нически, твор­чески, хо­рошо ли, плохо ли подготовили ту или иную пос­тановку. То, что нам все-таки это удается – это зас­луга нашего твор­ческого театраль­ного коллектива. Ес­ли бы не люди, кото­рые ме­ня ок­ру­жают в те­атре: все акте­ры, художник-пос­тановщик Ва­ле­рий Пав­ло­вич Шульга, кос­­­тюмеры, гри­­­ме­ры, один бы я ничего не смог сделать.

– Какая из ваших поста­но­­вок вам осо­­­бен­но до­рога?

– Я не могу вы­делить ка­кую-то одну пос­­­­­та­новку. Все они мне по-своему до­роги.

– В пос­та­нов­ке «Эгил, эжим, эгил!», бы­ла ориги­на­ль­­но пред­ста­в­лена вер­сия воз­ник­­но­вения на­род­ного инстру­мен­та игил, и ин­­те­ресно то, что вы вве­ли обра­зы жи­вот­ных. Как к вам пришла идея на­писа­ния этого про­­из­веде­ния?

– Отно­си­тельАлексей Ооржак: Театр – это идеальное место, где органично связаны культуры всех народовно самого слова «эгил» – есть два вари­анта его пе­ре­вода. Первый, если дос­ловно, означает «две струны». Вто­рое значе­ние этого слова – «вернись». В поста­новке мы представили синтез двух ле­генд возни­кновения этого слова. Когда я про­читал эти легенды, что-то во мне за­шеве­ли­лось, это запало мне в душу, не давало покоя. Идеей постановки этого мате­риала я болел 7 лет, тем более что, имея такую богатую куль­туру: гор­ловое пение, народные танцы, народ­ные инструменты, исто­рические мифы – не вос­­­пользоваться этим, было бы просто не­возможно.

В написании я не дока, поэтому я по­просил быть моим соавтором Хертека Ши­риин-оола. За один месяц мы сдела­ли по­становку, при­чем, писали и ставили поч­ти однов­ре­менно. Почему мы ввели обра­зы жи­вотных, нап­ри­мер, коня? Конь – это опре­деленный сим­вол, символ силы и вынос­ливости. Это родное для нас животное. Когда тувинец, садится на коня, скачет, летит на нем, они становятся единым це­лым. Мы пока­за­ли этот спек­такль в Казани на теа­траль­­ном фести­вале, в нем есть такой эпизод, где ге­роиня Гали­ны Мунзук скачет на коне. Это выглядело так гармо­нично, что зри­тели пос­ле спектакля подходили к Гале и бла­го­­­дарно по­жимали ей руку. Я хочу сказать о том, что через такие понятные для на­рода сим­волы мы пы­таемся говорить со зри­телем понят­ным язы­ком о сложных, серь­ез­ных ве­щах, заставляем зри­теля заду­маться над той или иной проблемой, ведь человек сна­чала видит, слы­шит, а только потом чувствует.

– Поговорим о другой вашей пос­та­­новке – «Виш­невый сад». Почему из рус­ских классиков вы выбрали имен­но Антона Павловича Чехова?

– До этого мы ставили и Ни­колая Васи­лье­­вича Гоголя. Ну, а к Че­хо­ву я подступался долго. Еще в студен­ческие годы мы ста­ви­ли его юморис­тические рас­сказы. Чехов – один из са­мых слож­ных авторов не толь­ко в русской, но и в мировой ли­тературе, ко­торые иссле­ду­ют человеческую ду­шу, и, как мне кажется, каждый ре­жис­сер ког­да-нибудь соп­ри­ка­са­ет­­ся в своей ра­боте с твор­чеством этого великого пи­са­теля.

Клю­чевая фигура в пьесе «Виш­невый сад» – ста­рик Фирс, так как в его па­мяти прош­­лое, насто­я­щее и на­деж­ды на буду­щее сада. Его воспо­минания о саде из дет­ства пол­ны жиз­ни, ярких кра­­сок, пол­но­го рас­цве­та. Он пом­­­нит, как из виш­ни де­лали на­лив­ки, су­­ши­ли, мари­нова­ли, как це­лы­ми те­­ле­га­ми во­зи­ли на базар. Этот муд­рый ста­рик, как ре­бе­нок, наде­ет­ся на то, что люди во­зро­дят этот сад, но нап­расно.

– Тема «Ви­ш­­­не­вого са­да» со­зву­ч­на то­­му, что сей­час про­ис­хо­дит в Рос­­­­­­сии: труд­­ный пе­ре­­ход­ный пе­­­­­ри­од, в ко­­­то­ром мно­­гим лю­дям труд­­но при­вык­­нуть к но­вым по­ня­ти­ям, но­вым ре­алиям жиз­ни. Вы спе­ци­аль­но выб­рали эту те­му?

– ЯАлексей Ооржак: Театр – это идеальное место, где органично связаны культуры всех народов не хо­тел, чтобы тема этой пьесы бы­ла созвучна тому, что сейчас происходит у нас в России, то есть я специально эту пьесу не выбирал. Един­ственное, что мы хотели, – проверить себя, на­сколько мы готовы к та­кой серьезной работе. Но вот этот шаг мы сде­ла­ли. Кстати сказать, постановка пьесы Чехо­ва на сцене на­шего музы­кально-драма­ти­ческого теат­ра была впервые за всю исто­рию существо­вания ту­винского театра. На­сколько это уда­лось – судить зри­телям.

Во­обще, мы стараемся ставить то, что гре­­ет каж­дого из нас, что волнует каждого из нас – это любовь, ненависть, благо­род­ст­во, вер­­ность, ко­варство.

Театр – это то самое идеаль­­ное место, где могут быть так органично свя­заны куль­туры всех наро­дов.


Прошло время...


2 февраля 2001 года Тувинский музы­каль­но-дра­матический театр стал лау­реатом конкурса «Окно в Ев­ропу» на соискание премии газеты «Культура» в но­ми­нации «Театр года».



Фото:

2. Знаменитый выпуск тувинских артистов. Щукинское театральное училище. После получения дипломов. Июнь 1978 года.

3. Алексей Ооржак с Надеждой Наксыл, исполни­тельницей роли Раневской

в чеховской «Чайке». Декабрь 1999 года.

4. На репетиции спектакля по пьесе А. Ооржака и Х. Шириин-оола «Вернись, мой друг, вернись». 1998 год.

5. Кинофильм «Последняя охота» (к/с «Мосфильм»). В ролях: А. Ооржак, Ю. Богатырев.

6. Алексей Ооржак и девять любящих женщин. Спектакль «Восемь любящих женщин». Август 1998 г.

7. Спектакль «Хайыраан бот». Тувинский театр имени В. Кок-оола. 1997 год.

8. Сцена из спектакля «Вишневый сад». 2000 год.

9. Алексей Ооржак (слева в первом ряду) с мамой и родными. Январь 1978 года.

10. Встречаем Новый год. Алексей Ооржак с супругой Раисой.

 

Беседовала Нана САЛЧАК

 (голосов: 1)
Опубликовано 26 января 2001 г.
Просмотров: 2003
Версия для печати

Также в №5:

Также на эту тему:

Алфавитный указатель
пяти томов книги
«Люди Центра Азии»
Книга «Люди Центра Азии»Герои будущего
VI тома книги
«Люди Центра Азии»
Владимир Митрохин Арыш-оол Балган Никита Филиппов
Лидия Иргит Татьяна Ондар Екатерина Кара-Донгак
Олег Намдараа Павел Стабров Айдысмаа Кошкендей
Галина Маспык-оол Александра Монгуш Николай Куулар
Галина Мунзук Зоя Докучиц Алексей Симонов
Юлия Хирбээ Демир-оол Хертек Каори Савада
Байыр Домбаанай Екатерина Дорофеева Светлана Ондар
Александр Салчак Владимир Ойдупаа Татьяна Калитко
Амина Нмадзуру Ангыр Хертек Илья Григорьев
Максим Захаров Эсфирь Медведева(Файвелис) Сергей Воробьев
Иван Родников Дарисю Данзурун Юрий Ильяшевич
Георгий Лукин Дырбак Кунзегеш Сылдыс Калынду
Георгий Абросимов Галина Бессмертных Огхенетега Бадавуси
Лазо Монгуш Василий Безъязыков Лариса Кенин-Лопсан
Надежда ГЛАЗКОВА Роза АБРАМОВА Леонид ЧАДАМБА
Лидия САРБАА  


Книга «Люди Центра Азии». Том VГерои
V тома книги
«Люди Центра Азии»
Вера Лапшакова Валентин Тока Петр Беркович
Хажитма Кашпык-оол Владимир Бузыкаев Роман Алдын-Херел
Николай Сизых Александр Шоюн Эльвира Лифанова
Дженни Чамыян Аяс Ангырбан и Ирина Чебенюк Павел Тихонов
Карл-Йохан Эрик Линден Обус Монгуш Константин Зорин
Михаил Оюн Марина Сотпа Дыдый Сотпа
Ефросинья Шошина Вячеслав Ондар Александр Инюткин
Августа Переляева Вячеслав и Шончалай Сояны Татьяна Верещагина
Арина Лопсан Надежда Байкара Софья Кара-оол
Алдар Тамдын Конгар-оол Ондар Айлана Иргит
Темир Салчак Елена Светличная Светлана Дёмкина
Валентина Ооржак Ролан Ооржак Алена Удод
Аяс Допай Зоя Донгак Севээн-оол и Рада Ооржак
Александр Куулар Пётр Самороков Маадыр Монгуш
Шолбан Куулар Аркадий Август-оол Михаил Худобец
Максим Мунзук Элизабет Гордон Адам Текеев
Сергей Сокольников Зоя Самдан Сайнхо Намчылак
Шамиль Курт-оглы Староверы Александр Мезенцев
Кара-Куске Чооду Ирина Панарина Дмитрий и Надежда Бутакова
Паю Аялга Пээмот  
 
  © 1999-2017 Copyright ООО Редакция газеты «Центр Азии».
Газета зарегистрирована в Средне-Сибирском межрегиональном территориальном управлении МПТР России.
Свидетельство о регистрации ПИ №16-0312
ООО Редакция газеты «Центр Азии».
667012 Россия, Республика Тыва, город Кызыл, ул. Красноармейская, д. 100. Дом печати, 4 этаж, офисы 17, 20
тел.: +7 (394-22) 2-10-08
http://www.centerasia.ru
Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru